Новые условия

Вот тогда я смогла повернуть голову и спросить уже вслух:

– Как ты мог?!

Папа вздохнул. Я знаю это выражение лица. Он сейчас начнет играть в молчанку, чтобы я успокоилась. Но я не хочу успокаиваться!

– Как ты мог?! Сделал меня калекой! Да лучше бы я сдохла, чем такой быть!

– Не говори так, – сказал папа. – Все будет хорошо.

– Да что вы все заладили: «Все будет хорошо»? С чего это вы вангуете?!

– Что делаем? – растерялся папа.

– Ставите такие замечательные выводы. Все. Будет.

Хорошо. Ты это точно знаешь?

– Мы сделаем тебе операцию, и ты встанешь на ноги.

– Ты сначала клинику найди. Доктор мой что-то не очень в курсе, где бедной зайке смогут пришить ножки, чтобы она опять побежала по дорожке!

– Мы будем искать. Здесь не знают – в другом месте подскажут. В Интернете этом вашем найдем.

– В Интернете? А кто будет искать? Ты, что ли? Покажи мне свой телефон. Ну, покажи!

Я знала, что папа до сих пор пользуется кнопочным. И слово «Интернет» слышал только от меня и своих более продвинутых друзей, которые завоевали социальную сеть «Одноклассники».

– Ты меня научишь, и я буду тебе помогать. Мы обязательно найдем!

Папа не сдавался. Он бывает упрямым.

– Научишь тебя! И что? Ты в своем Мухожопинске будешь искать, а я в Москве? – как же я была зла, как же мне хотелось садануть по капельнице, чтобы она укатилась в угол палаты и перевернулась. Чтобы все умные-разумные наконец очухались и посмотрели на ситуацию не с приторной позиции, что «все будет хорошо», а с реальной.

Как сказал этот доктор, через три месяца можно будет оформить инвалидность. Инвалидность! У меня не доделана презентация на работе, через год я наверняка получу повышение, а еще раньше мы с Виталиком должны пожениться. Нет тут места никакой инвалидности!

– Геша, ты будешь жить дома.

Дома? В смысле?

– В Мухожопинске, как ты говоришь. Тебе нужна будет помощь, одна ты не справишься.

– У меня есть друзья! С чего ты взял, что я буду одна?

Похоже, папа начал бредить.

– Хорошо, тебе помогут друзья. А за съемную квартиру платить тоже они будут?

Черт, точно! Я же не смогу работать. Или смогу? На инвалидной коляске заеду в лифт, там от подъезда спуск был, я помню. И поеду на работу. Разве меня в метро никто не завезет? А там везде эскалаторы. И в само здание въезд очень удобный.

– Я не вернусь домой. Мне там нечего делать.