Долгий путь любви, или Другая сторона

Но мужчина, будто угадывая ее мысли, пояснил:

– Я оставлю машину здесь, а домой доберусь на общественном транспорте. Не могу отказать себе в удовольствии пройтись пешком, не помню даже, когда последний раз делал что-то подобное.

Саша привыкла жить незаметно для окружающих, никого не тревожа своим присутствием. Но теперь что-то выбивалось из привычных рамок. Он мог бы гулять в одиночестве, или с какой-то дамой, которая обязательно должна была быть у еще достаточно молодого и вполне привлекательного мужчины.

Но вместо этого шла рядом, стараясь не смотреть на серьезное лицо человека, сопровождающего ее. Что-то отвечала, почти не вникая в смысл разговора, делилась ничего не значащими подробностями собственной жизни, вздрагивая каждый раз, когда звучал его голос, словно эта колкость не просто воплощалась в звуки, а касалась кожи, причиняя почти физическую боль. И на середине пути неожиданно не выдержала:

– Что с Вашим горлом? Сначала я подумала, что это простуда, но сейчас вижу, что нет, – перехватила его взгляд опять с непонятным выражением.

 – Простите за бестактность.

– Ничего страшного. Я привык, что меня многие считают хронически больным или заядлым курильщиком, – он усмехнулся. – Но все гораздо проще. Бытовая травма несколько лет назад, повредившая дыхательные пути и голосовые связки.

– Извините, – Саша отвернулась, ругая себя за любопытство. И для чего только понадобилась информация? Разве это что-то меняет? Она словно пересекла некую границу, установленную собственноручно, ведь давно уже не интересовалась ничьей жизнью.

На прежнем месте работы с ней неоднократно пытались подружиться и девушки, и молодые люди, но она пресекала любые попытки этого. Хватало собственного дома, Пашкиного внимания и тепла в Дашиных глазах. А теперь вдруг добровольно шагнула туда, куда поклялась больше не продвигаться: в чужой мир, более того: в мир мужчины. Зачем?

– Вам не за что просить прощения. Я-то привык, а посторонним людям мое хрипение наверняка царапает слух.

Она заставила себя взглянуть на него, пытаясь компенсировать возникшую неловкость. Но глаза невольно спустились ниже, сквозь ткань шарфа пытаясь рассмотреть… что? Следы той самой травмы? Ничего глупее в этой ситуации сделать было нельзя, кроме как таращиться на него, как невоспитанная девчонка.

Но мужчина неожиданно улыбнулся, гораздо теплее, чем она заслуживала своим поведением.

– Чужие пороки всегда притягивают взгляд. Это нормально для живого человека.