Полетевшая

Со скрипом касса начала строчить длиннющий чек с зет-отчетом. Лента с черными закорючками ползла и ползла.

– А можно как-то побыстрее?

– Пересменка, пройдите в другую кассу, пожалуйста.

– Безобразие! Я столько стояла! – женщина с бледными губами явно готова была к скандалу.

– В другую кассу, пожааалуйста! – Зина была непробиваемо спокойна. Бумажная полоса продолжала ползти. Наконец, касса поперхнулась итогом.

– Хорошего дня, теть Зин, – Саша выдавила из себя подобие улыбки и вышла из-за кассы.

Раздевалка вечером гудела разговорами, хлопали шкафчики, люди перебрасывались шутками, переодевались, радовались завершению дня. Ночная смена наоборот надевала дежурные улыбки, броню невозмутимости, готовясь к работе. Саша быстрее побежала в туалет, последние полчаса еле терпела. Когда сидела, было еще нормально, но теперь мочевой пузырь дал о себе знать. Девушка открыла кабинку, стульчак был забрызган, а на полу валялась бумажка. “Бррр…”, – она быстро захлопнула дверь и пошла в следующую.

Там было чисто.

“Как так можно?” – недоумевала Саша, в голове возникла непрошенная картинка, дама с туго накрученными барашками на голове в белом пальто, сидящая на унитазе на корточках, курящая тонкую сигарету в длинном мундштуке, и создающая всё это безобразие. Люди способны на такие неприятные вещи, когда думают, что их никто не видит. Саша напротив всегда переживала, что останется после нее, следила, чтобы не единой капельки не пролетело мимо, тщательно протирала салфеточкой после.

Мысль, что выйдя из кабинки, она столкнется лицом к лицу со следующим посетителем, который в свою очередь зайдя внутрь, навсегда свяжет ее личность с оставленным беспорядком, была ей невыносима. Часто даже приходилось устранять последствия посещения предшественников, чтобы не подумали, что это она виновата. Закончив свои дела, Саша привычно осмотрелась, убедилась, что всё чисто, нажала на слив, не касаясь, через салфетку, вода зашумела, улетая. Девушка аккуратно свернула салфетку и выбросила в мусорное ведро, повернула замок. Дверь не открывалась.

– Черт, – пробормотала она, подергала замок. Сашка толкнула дверь. Заперто. "Нет, только не это", – она дёрнула замок ещё сильнее, не поворачивался. Саша надавила на дверь плечом.

– Ну ты чего? Открывайся! – почувствовала приближение паники. Ужас нарастал темным комом. Мрак. В глазах потемнело.

– Прошу тебя, пожалуйста, – шептала она, словно умоляя дверь, дергая и дергая ручку.