Ты мое дыхание

Стрелка часов подбиралась к восьми, а это значило, что теперь успеть в институт вовремя у меня, скорее всего, не получится.  И это при том, что первая пара опять была у Рогачева! После вчерашнего конфликта с ним рассчитывать на какое-либо снисхождение не приходилось. Поэтому опоздать я не могла. Надо было успеть любой ценой, иначе не видать мне приличной оценки на экзамене.

Давненько не приходилось собираться с такой скоростью, как и ехать в настолько переполненном транспорте. Я попала в самый час пик, сначала в трамвае, где ни то, что сесть, но и ухватиться за что-то было трудновато, потом в метро, где люди набились так плотно и так тесно давили со всех сторон, что не стоило и пытаться достать телефон.

В такой обстановке я не смогла бы читать, понимая, что любой стоящий рядом человек может заглянуть в сообщение вместе со мной.

Этого я никак не могла допустить. И хотя видела долгожданный конвертик на экране, была вынуждена терпеть. Представляя. Предвкушая. Мысленно разговаривая с Ним.

Мне так сильно хотелось знать, что именно Он написал, что думать о чем-то ином не получалось. Он снова занял все мои мысли, и желание поговорить, увидеть, почувствовать превозмогало все прочие. И голод, и сонливость, и, тем более, мысли о предстоящей лекции.

Каким-то немыслимым образом я успела. Вбежала в аудиторию практически за мгновенье до Рогачева, запыхавшаяся и злая, потому что знала, что и теперь не успею ничего прочитать. Если только начну – уже не смогу оторваться, а дотошному доценту вряд ли придется по душе это наблюдать.

– Прости меня, – я прошептала одними губами, как будто Он мог сейчас услышать меня. Я верила, что мог. Знала, что Он ждет ответа. Я обязательно напишу, как только появится возможность.

Стоит ли говорить, что историю о древнегреческих богах я слушала вполуха? Вообще бы предпочла не слышать, но тогда не смогла бы ничего записать, а Рогачев то и дело пялился в мою сторону, словно следил, насколько точно я исполняю данное вчера обещание.

Приходилось писать. Да, на автомате, почти не вникая в смысл его слов, но и позволить себе хоть немножко помечтать тоже не было возможности.

– Выпьем кофе? – едва начался перерыв, предложила Инга. Подруга тоже выглядела не лучшим образом. Явно невыспавшаяся, какая-то взъерошенная и уставшая. – Кошмарная ночь, вообще не знаю, как я проснулась. Снова делала эту дурацкую курсовую. Веришь, вот в такие минуты реально жалею, что выбрала именно эту профессию.