Театр Жизни

– Трусиха! Перестраховщик! Оборотень в белом халате! Наберите мне министра обороны! – в ярости и не контролируя себя, выкрикивал отрывочные фразы генеральный конструктор, ища выход из шокирующей для него ситуации.

– Иван Тимофеевич, поверьте, Тамара Петровна – светило, и не только в России, но и признанный в мире кардиолог. Ваше сердце может не выдержать таких перегрузок на сверхзвуковом самолете. Тамара Петровна перед тем, как принять окончательное решение, провела консилиум со всеми отечественными медицинскими светилами, и решение по вашему вопросу вынесено единогласное – вам запрещено летать, – с сожалением и сопереживанием в голосе произнесла Таисия.

– Хорошо. Министр не может исправить это недоразумение. Все понятно. Буду обращаться к Главнокомандующему за помощью, – ослабевшим, поникшим, жалким голосом произнес Иван Тимофеевич и незаметно от Таисии положил таблетку валидола под язык.

Таисия всегда замечала это скрытное движение руки шефа, которое в последнее время проявлялось все чаще и чаще.

Сердце помощницы сжалось от тревоги, и она произнесла мягким, проникновенным и заботливым голосом:

– Вы знаете, что доктора правы и вам нужно немного подлечиться, и тогда будете летать сколько захочется.

Генеральный конструктор понимал, что его помощница врет, успокаивая его, так как летать ему больше не суждено, но очень хотел верить в ее спасительную ложь и, как ребенок, смиренно кивнул головой.

В кабинет без стука зашел руководитель службы безопасности конструкторского бюро генерал ФСБ Георгий Кузьмич Ковтун.

В инструкции такое поведение генерала было оговорено только в особых, чрезвычайных случаях. Таисия без слов покинула кабинет и плотно закрыла за собой массивную дверь.

– У нас проблемы, Иван Тимофеевич, – стоя, не обращая внимания на уважительный жест шефа присесть, с тревогой в голосе произнес генерал.

– Что за день такой сегодня! Одни проблемы! Я на работу сегодня прибыл на праздник приемки самолета или приехал в поисках неприятностей? Поистине, неприятности не стоят в очереди и входят в обнимку все вместе.

Что у тебя, Георгий Кузьмич, выкладывай свои неприятные трофеи. Только докладывай быстрее. Если ты о моем здоровье, то Таисия первая меня обрадовала о завершении моей летной карьеры.

– Иван Тимофеевич, я хочу вам вернуть ваши деньги. Все пятьсот тысяч рублей. Мы не смогли их передать другу вашего отца.

– Я так и знал… я предчувствовал, что дядя Коля скоропостижно умрет.