Легенды нашего края. Искушение

Камера, скользнув по одежде, в ремки изодранной, открывает лицо несчастного человека. Одна щека разорвана собачьим укусом и кровоточит. Рука сгибается в локте – человек пытается прикрыть ладонью рваную рану. У него не хватает двух средних пальцев. Их остатки на ладони кровоточат. Раздаётся слабый стон.

То же место год спустя. На пустыре красуется рубленная в венец церковь. Медово желтеют деревянные стены. Сусальным золотом сверкают на солнце многочисленные маковки, увенчанные крестами. Изящная колокольня.

Широкий двор. За двором толпятся авто. От них и мимо них идут люди. Пересекают двор. Крестятся и кланяются у высокого крыльца. Поднявшись по ступеням, крестятся и кланяются у входа в церковь. Проходят. Чуть в сторонке от крыльца наблюдают эту картину двое. Один в чёрной до пят сутане. Массивный серебряный крест с цепью на груди. Золотой крестик на клобуке. Второй с ликом святого – ярко-чёрная борода на круглом лице и пронзительной голубизны глаза – одет в роскошное чёрное пальто. На голове папаха, как клобук священника. Неспешно переговариваются.

Батюшка:

– Вот вам и часовенка на пустыре, Владимир Ильич. Идёт народ. С каждым днём всё большим числом. Пора в епархии ставить вопрос об организации прихода.

Владимир Ильич:

– Да-а. Кто мог бы подумать?

Батюшка:

– Уверовал народ в Божью благодать, и ваше чудесное спасение тому подтверждение.

Владимир Ильич:

– Да уж, воистину чудо.

Он выставил перед собой облачённую в перчатку ладонь, пошевелил пальцами.

Два средних были пусты и остались недвижны.

Один из прихожан, наложив троеперстием крестное знамение и отвесив поклон Божьему храму, не взошёл на крыльцо, а миновал его. Направил стопы свои к священнику и его собеседнику. Был он хром и узок лицом. Длинные его руки болтались не в такт шагов. Тонкие губы большого рта плохо скрывали редкие лошадиные зубы, которых владелец их стеснялся и потому, улыбаясь, прикрывал узкой ладонью низ лица.

– Петраков, – представился он, склонив голову в сторону батюшки, и попытался щёлкнуть каблуками, оборотившись к его собеседнику.

Батюшка, ответив на поклон:

– Пора службу начинать.

Он удалился.

Петраков:

– Владимир Ильич, одну минуточку. Имею до вас конфиденциальный разговор. Важности абсолютной.

Владимир Ильич:

– К сожалению, выбрали не самый подходящий момент для серьёзных разговоров. Извините.

Собирается уйти.

Петраков:

– Владимир Ильич.