В тени Золушки

Белье так потрясающе оттеняло кожу, что Женя даже забыла о стоимости комплекта. Застряла в раздевалке, рассматривая себя в зеркале. Замечталась. Именно сегодня, когда она узнала неожиданную новость, их ждет неповторимый вечер. И ночь, подарком на двоих. А потом она обо всем расскажет и утонет в любимых глазах. А он наконец-то произнесет такие долгожданные слова…

Сказал… Только совсем другое. И не ей.

Не собиралась подслушивать. Терпеть не могла никаких секретов и недомолвок, но увлеченные разговором отец с сыном не услышали о ее приходе.

А то, что в их словах расслышала она, заставило замереть, застыть в прихожей с желанием провалиться сквозь землю. И одновременно втянуть в себя все сказанное, явно не предназначающееся для ее ушей.

Она не заплачет. Ни за что на свете не покажет ему свою боль. Ни для того родители учили ее быть сильной, чтобы сейчас сломаться. Не будет этого. Уж точно ни в его присутствии.

Приоткрыла дверь, хлопая так сильно, чтобы в гостиной наверняка обратили внимание.

Начала раздеваться, нарочито медленно. Знала: Антон выйдет навстречу. И даже обнимет, как всегда, не стесняясь отца. Уверен же, что ей ничего не известно. Взгляд упал на пакет с дорогой покупкой, и Женя заставила себя улыбнуться. Что ж, отменять запланированный романтический вечер она не станет. Только слегка изменит сценарий.

– Привет…

Губы. Руки. Родные глаза. Лживые. Бесчестные.

– Ты сегодня раньше…

– Я соскучилась… Хотелось скорее вернуться..

А вот это – правда.

Не вся, но остального она не скажет. И никто не посмеет упрекнуть ее в том, что она недостаточно искренна. Не обманула ни в чем. И впредь лгать не будет. Просто не скажет о том, в чем он не нуждается.

– Женюш, рад тебя видеть.

С его отцом труднее. Он видит ее насквозь, будто угадывая мысли. И ласков гораздо больше, чем стоило бы после того, что сказал Антон. Всегда был таким, с самой первой встречи, когда она от волнения не могла выдавить ни слова. Улыбался, шутил, стараясь разрядить обстановку, поддерживал одними глазами.

Как родной папа, которого давно нет рядом. И которого так не хватает.

Улыбнулась в ответ, и скулы заныли от натянутого движения. А в его глазах – понимание. И такая боль, что слезы почти рванулись наружу. Нельзя. Она ведь ничего не слышала, значит, и плакать ей не о чем.

Прошла на кухню, с облегчением замечая, что Антон не отправился следом. Ей нужно хотя бы несколько минут, чтобы прийти в себя.