Волчий сон

– Больно, ой, как больно.

– Что болит, Наташа, где?

– Все ноги, как будто в колючей проволоке: и колет, и щиплет, и режет, и горит огнем.

– Ну ладно, не очень-то! Я тебя все равно не понесу, а до свадьбы заживет. Правда, хромоту уже не вылечишь!

– Какую хромоту? – насторожилась девушка.

– А ты что, не видишь, что ты хромаешь на обе ноги?

– Где это я хромаю! – она выпрямилась, попрыгала на месте на двух ногах, а потом на каждой поочередно.

– Ха, а говорила, что ножки болят.

Видишь, как быстро все прошло. Садись, будем перекусывать, и больше не ной.

Листья лопухов, которыми поверх травы была обвязана рыба, уже обуглились снаружи, и сквозь разломы и трещины листьев показывалась кипящая пена, разносящая в воздухе аромат жареной рыбы. Еще немного подержав куклы над жаром, Николай снял их, быстро освободив от остатков травы и листьев. Нанизанная на палочки рыба, а это были лини, ароматно «дымилась». Николай подбросил олешника с листьями в костер – листья мгновенно скрутились, и серый дым повалил клубами, уносимый легким ветерком от ручья.

Потом стали пробиваться язычки пламени – и дым вспыхнул. Опять набросав веток с листьями, Николай в горячем дыму стал прокапчивать линей и, не снимая с палочек, готовых, с корочкой от углей и запахом дыма, стал укладывать на газету.

– Вот наш с тобой обед, Наташка. Попробуй, может, понравится. Я-то уже давно так рыбу не жарил, но, думаю, это будет съедобно.

Порезал хлеб, добавил в ее стаканчик чаю из термоса, не глядя на нее, первым стал отламывать испекшиеся кусочки линя прямо со шкуркой и, поддерживая хлебной горбушкой, отправлять себе в рот. Молча они доели все, что было «на столе». Выпив свой чай, Наташа сама налила ему остатки из термоса и скромно подала. Молча же опять, что-то буркнув, вроде «спасибо», Коля со смаком выпил чай, закрыл термос, бросил его возле целлофанового мешка с рыбой. И тут взгляд его остановился на фотоаппарате.

«Вот бы с такой девчонкой сфоткаться и показать друзьям. А еще если бы в обнимку», – подумал он и взглянул на Наташу. Она уловила этот взгляд, улыбнулась:

– Давай сфотографируемся с тобой, Коля. А ты мне потом фотографию подаришь, и я ее буду всем показывать и хвалить тебя. А можно я скажу, что ты мой друг, ну, понимаешь, мой парень, – она прямо и открыто посмотрела на него своими голубыми глазами.