Выбор

 – Я давно взяла за правило при любой свободной минутке делать какие-то упражнения. Очень помогает.

– Какая вы молодец, – кажется, коллегу все же удовлетворило данное объяснение. Она снова уткнулась в свои бумаги.

Лиза тоже раскрыла очередную историю болезни. Нахмурилась. 35 лет, третий выкидыш подряд. Можно себе представить, что чувствует сейчас эта женщина, когда очередная попытка стать счастливой матерью ни к чему не привела. Надо бы поговорить с дежурным врачом, принимавшим ее, прежде чем встречаться с самой пациенткой.

– Кто сегодня дежурил?

– Павел Владимирович, – отозвалась Олдина, не поднимая глаз от бумаг. – А что?

Лиза вздохнула: что же, избежать встреч на работе им все равно не удастся. И чем раньше она научится спокойно на него реагировать, тем лучше.

– Хочет поговорить с ним о поступившей ночью пациентке. Не подскажете, где я сейчас могу его найти?

Тело и белье Павла были мокрыми от пота, казалось, промок даже медицинский костюм. Медсестра вытерла мужчине бровь над маской.

Освободив, наконец, лицо, Соболев взглянул на коллег, стоявших с другой стороны от пациентки, которые уставились на него так, словно видели перед собой чудовище.

– Прекратите стоять, как истуканы! – почти рявкнул Павел. – Укрывайте ее, – и, больше не взглянув на них, покинул операционную.

Пройдя несколько шагов, он прислонился к стене и опустил голову, тяжело дыша. Пот продолжал литься. «Этим вечером можно будет обойтись без пробежки», – неожиданно подумал мужчина.

– Мы едва не потеряли ее, – следом вышел хирург, работавший в паре с Соболевым.

– Мы?! Ты ничего не перепутал, черт тебя подери?! – сейчас его мало заботило, что кто-то мог их услышать. – Ты был первым, Антон! Ты можешь объяснить мне, что случилось? Если бы не я, эта женщина умерла бы от кровотечения прямо на столе!

– Ну… – Кузьменко дернулся, отводя глаза, и его лицо потемнело.

– Если когда-нибудь повторится что-то подобное, я все расскажу. Тебе ясно?

– Послушай, Паш, – пробубнил хирург.

 – Каждый из нас может допустить ошибку…

– Ошибку?! – он ринулся к Антону, сминая тоже влажный от пота хирургический костюм на его груди. Мужчину тряхнуло от такой хватки, а в расширенных глазах отразился откровенный страх. – Ты это ошибкой называешь?! Ты человека чуть было не угробил! Я не говорю уже о том, что она может больше никогда не забеременеть по твоей милости!

– Но ведь все обошлось…

Ему на самом деле захотелось прибить этого идиота.