Выбор

И с невероятной силой желала повторения.

– Доброе утро, милый. Как ты? Заедешь сегодня?

– Лера, сегодня не получится. У меня сложная пациентка, скорее всего, я допоздна буду в больнице.

Ну вот, опять. Снова какая-то там беременная тетка не дает им встретиться.

– Ты можешь приехать ко мне в любое время. Даже если будет очень поздно. Я буду рада, ты же знаешь.

Павел отчего-то вздохнул.

– Вряд ли к концу рабочего дня у меня останутся какие-то желания, кроме как выспаться. Давай в другой раз, ладно? Не обижайся.

Она обижалась. Ревновала, злилась – и любила его еще сильнее. Но признаваться в этом сейчас было неправильным.

– Конечно, милый. Я понимаю. Хорошего дня тебе. Целую. И буду скучать.

Валерия первой начала на кнопку отбоя, откладывая телефон в сторону и стараясь не думать о том, что ее последние слова не вызвали никакой ответной реакции.

Какое-то время после разговора с Валерией Павел сидел неподвижно, глядя на погасший экран телефона. Все зашло слишком далеко. Он рассчитывал на короткую, ни к чему не обязывающую интрижку, но Сотникова, похоже, думала иначе.

Что ж, придется ее разочаровать. И лучше с этим не затягивать: ни к чему подпитывать ложные надежды.

Его размышления прервал стук в дверь, в кабинет вошла медсестра.

– Павел Владимирович, результаты анализов Лукьяновой готовы.

– Наконец-то, – Соболев поднялся, забирая у нее бумаги. Сейчас это было важнее всего прочего. Намного важнее. Он непременно разберется с Валерией… когда-нибудь потом.

Случай Дианы Лукьяновой оказался одним из самых сложных за последние месяцы.

Павел задумался. Не за месяцы даже – он наблюдает эту пациентку уже больше года. И за это время почти ничего не смог для нее сделать. Почти – потому что тех незначительных улучшений, которые имели место, было явно недостаточно. Во всяком случае для него.

Диана не оставляла надежду забеременеть и родить здорового ребенка. И отчаянно надеялась на помощь доктора Соболева. Давно ему не попадалась такая покладистая пациентка, которая не возмущалась отсутствием результатов, не скандалила, не учила, как именно нужно ее лечить, а покорно и терпеливо выполняла все предписания.

И верила в него почти как в Бога. А он впервые в своей жизни не понимал, что делать дальше, потому что все его проверенные методы в ее случае не работали.

У женщины не было никаких отклонений: многочисленные и неоднократно проведенные исследования это подтвердили. Ничего, что могло бы помешать ей стать мамой.