Разговор с Птицей. Повесть, путевой дневник, сборник рассказов

Тени повторяли движения деревьев, но как-то тягуче, словно цеплялись за щели брусчатки. Иногда они сливались с тенями прохожих, освобождались и снова вторили замысловатому покачиванию. Всё это напоминало самозабвенный безмолвный танец, в который были вовлечены и люди, и машины, и даже дома, служившие декорациями. Зрителем в этом необычном театре был только я.

Я отвернулся от окна. Дед отложил газету и что-то жевал, женщины с белыми чашечками в руках увлечённо болтали, белобрысый мальчуган в очках положил подбородок на крохотные кулачки.

Перед ним стояло блюдце с почти нетронутым мороженым. Одна из женщин, порывшись в сумочке, протянула мальчонке телефон. Тот принялся лениво нажимать кнопки.

Снова подсела Марго.

– Слушай, а ты не продаёшь поделки?

– Поделки?

– Ой, прости! Не то говорю. Ну, твои фигурки. Я всё про того барашка.

– Не. Не продаю.

По лицу Марго прокатилась волна, губы обиженно вытянулись.

Я выдержал паузу:

– Я их дарю.

– Правда?!

– Почему нет?

– Ты не шутишь?

– Когда я шутил?

– …А когда можно зайти? За ними.

Я слегка поболтал рюмку. Темная жидкость оставляла на стекле густые полосы.

– Знаешь, давай через неделю. Меня, правда, не будет. (А ведь правда, меня действительно уже не будет. Забавно.) Скажешь, мол, обещал и всё такое.

– Ты что, уезжаешь? Надолго?

– Да сам не знаю. Короче, не о том разговор.

– А ты реально надолго?

– Так. Марго, слушай. Принеси листок какой-нибудь. Я записку черкну.

– Записку?

– Ну, в общем, там у меня пакет в кладовке.

С поделками, – я усмехнулся. – Там и барашек твой. Короче, отдашь записку, заберёшь пакет себе.

– Себе? Пакет?

– Ну да. Мне уже эта музыка надоела. Давно выбросить хотел, да всё руки не доходили. Тебе же нравится?

– Нравится. Только зачем выбрасывать? Так, давай без писулек. Я просто зайду к тебе через неделю. Могу позже. Как скажешь. Перед этим позвоню.

– Как хочешь.

– А телефон оставишь?

– Тащи бумагу, ручка у меня есть – я небрежно плеснул в себя остатки бренди.

 – И ещё писярик.

Ну это точно последний. Пора заканчивать, иначе уплывёт моя рыба без меня. Хотя, может, ну её, пусть плывёт? На что я ей?

Стоп. Стоп. Стоп. Куда меня, однако. Пора выгребать отсюда.

Но уходить не хотелось.

Такое славное местечко… и так тепло в груди…

И всё-таки я жестом подозвал Марго.

– Повторить?

– Нет. Посчитай.

– Не надо. Я угощаю. Это за барашка.

В серых глазах вспыхивали искорки.