Малижа. Сборник рассказов

Солнце почти скрылось за горизонтом, но оно так медленно заходило, что я терял последнее терпение.

– Ребята, вы немного здесь посидите, я пока приготовлю все для печатания фотографий, – придумал я причину и тут же зашел в дом.

В углу на гвоздике, прибитом к стене, висела уже высохшая пленка. Я схватил ее и, включив свет, тут же поднес ее к электрической лампочке и стал искать фотокадр с Малижой. Пленка была черно-белой, и в фотокадре высвечивалось все наоборот, но перед моими глазами ясно всплывало лицо девушки.

Хоть пленка сама только черно-белая, мне же казалось, что глаза ее источают голубизну. Я застыл на месте и был плену своих мыслей и мечтаний. Каким милым мне казался фотокадр на пленке с изображением Малижы. «Взгляни-ка, Малижа, вон туда! Вот эти две светлые комнаты с солнечной стороны папа обещал отдать нам с тобой, когда мы поженимся!» – словно гром прогремел голос Умара в моих ушах.

Я скомкал и с сердцах кинул пленку в угол.

– Ты что, с ума сошел что ли! Мы же еще не отпечатали фотографии с этой пленки.

Целый день ведь потратили на то, чтобы отснять ее и проявить! – по привычке набросился на меня Арби, но взглянув в мои залитые злостью глаза, охладил свой пыл и, не скрывая удивления, поднял фотопленку и стал ее рассматривать, не повредилась ли.

– Сайдали! – не понимая, что происходит, застыл на месте и Турпалхан.

Я быстро пришел в себя, словно испугавшись, что друзья догадаются о моих отчаянных мыслях.

– Пленка эта вышла неудачно, – увел я друзей от своих мыслей.

– Ну и что? Хоть что-нибудь с этой пленки на фотобумаге проявится, – недовольно пробасил Арби, испугавшись, что я передумаю печатать фотки сегодня.

– Что случилось? Не будем сегодня печатать фотки? – никак не мог скрыть своего расстройства и Турпалхан.

– Почему не будем? Эта пленка, насколько я понимаю, не хуже, чем те, что мы снимали до сих пор, – добавил Арби, не понимая ничего.

Я был недоволен тем, что расстроил ни в чем не повинных ребят.

– Будем печатать. Только получатся они неважно. Поэтому я и психнул, – поспешил я успокоить друзей.

Мы достали старые одеяла, которыми мы плотно закрывали окна от лучей света фар проезжающих по нашей улице машин, и принялись за работу. Очень скоро в разведенном в воде проявителе, налитом нами в большую тарелку, появились первые листы фотобумаги, обработанной под фотоувеличителем.