Мой лучший друг – брассист

И то, тогда уже это было позором! Мне нужно, чтобы ты сегодня проплыла хотя бы по кандидату, лучше по мастеру, а ты ногами перебираешь так вяло, словно они у тебя по центнеру каждая весят.

– Меньшов, я не понимаю, что с твоими руками! Кто тебе приделал эти спагетти вместо рук? Кто тебя грести так учил? Руку доводи до конца, Меньшов! Работай, работай!

Доставалось даже Гирееву и Олыбахину, которых обыкновенно не трогали. Нужно сказать, что боевой дух от подобных напутствий не поднимался, все были раздражены, злость мешала сконцентрироваться на дыхании и технике.

Усталость и недосып выливались в заторможенность реакции. На пробном заплыве Катерина пропустила сигнал старта и прыгнула в воду на полсекунды позже, а Гиреев, помятый и зевающий больше других, сделал фальстарт. По пути в раздевалку ребята шепотом проклинали день, когда родители отдали их на плавание, и выражали всеобщее недовольство тактикой тренерши. Вместо того чтобы дать выспаться, их заставили притащиться на такую раннюю тренировку, да еще и подорвали веру в себя. Катерина терла глаза, покрасневшие от хлорированной воды, не заметила, как Гиреев остановился прямо перед ней, и налетела на него со всего размаху.

– Тише, звезда эфира, зашибешь насмерть, – возмутился Леха, но лицо ее вовсе не выражало недовольства, скорее – радость, так что можно было решить, что он это подстроил. – Куда так торопишься?

– Ты и сам знаешь. Если бы кое-кто не тормозил по жизни, может, нам не нужно было бы в такую рань тащиться на тренировку, – огрызнулась Кэт и попыталась обойти препятствие.

– На что это ты намекаешь? Хочешь сказать, что я торможу всю вашу восхитительно слаженную команду? Или, может, торможу развитие ваших с Меньшовым отношений?

Катерина вспыхнула, жадно глотнула воздух, но ничего не ответила, а просто оттолкнула Гиреева и устремилась к женской раздевалке. Придя в себя, Леха догнал Кэт и схватил ее за локоть. Девушка остановилась и пристально всмотрелась в лицо бывшего лучшего друга, сейчас не внушавшего ей ничего, кроме отвращения.

– Что тебе нужно, идиот?

– Да так, маленький пустяк. Чтобы ты перестала зазнаваться и ходить с таким видом, будто ты лучше всех. Будет тебе известно, эта тренировка – на твоей совести. И то, что все мы вынуждены вставать ни свет, ни заря – исключительно твоя вина. Особенная и великолепная Катерина, превратившаяся в плавучую соплю из-за неразделенной любви к единственному и неповторимому Денису Меньшову.