Светлячки в ладошках

Обида. Разочарование. Безнадежность. Вина. Отчаяние.

Кому что досталось. Смотря с какими глазами ребенок подошел.

***

Еще несколько дней назад она собиралась в город, как на праздник. Из своей размеренной, спокойной деревенской жизни.

Она хотела гулять по паркам, пробовать мороженое, улыбаться прохожим, кружиться в своем новом платье в цветочек, широко раскрыв глаза, погружаться в новое, только вышедшее на экраны кино.

У нее был месяц. Для себя. Впервые. И она решила подарить себе город.

А встретила их.

Забыв обо всем, она бродила по шумным улицам и вглядывалась в маленькие лица с глазами-ледышками, пытаясь разгадать их секрет. Сначала она пыталась заговорить, расспросить, предложить помощь. Столько детей без присмотра! Заблудились? Потерялись? Почему они не зовут на помощь? Почему бродят по городу, как заблудшие тени?

Но они не замечали ее. Как многочисленные прохожие не замечали их. Не слышали, не видели, не чувствовали прикосновений. Ее не существовало в мире этих детей.

А детей не существовало в мире прохожих.

Вот маленькая девочка со сползшими резиночками на хвостиках подходит к полноватой блондинке, бегущей на высоких каблуках. Она то и дело подворачивает ноги, кривится, но не останавливает бег. Небольшая пауза – красный свет. Женщина смотрит на часы, хмурится. Девочка отделяется от черного крашеного столба и тянется ручками к нейлоновым колготкам. Таймер светофора отсчитывает 15, 14, 13, 12… Маленькие пальчики гладят колени женщины, нетерпеливо постукивающей каблуками, глаза-ледышки с застывшей в них тревогой всматриваются в такое далекое взрослое лицо.

Вздох… 8, 7, 6… Ручки опускаются, девочка отступает к столбу. А женщина где-то между 2 и 1 ступает на дорогу, резко смотрит по сторонам и бежит подламывая каблуки по белой зебре. На лице – девочкина тревога, точный слепок эмоции.

Маленький мальчик с застывшим плачем в глазах-ледышках. Его место охоты – у кассы метро. Мужчина лет сорока отсчитывает деньги, а его в это время сзади за ноги обнимают маленькие ручки с грязными обгрызанными ноготками.

Мужчина вздрагивает, сбивается в счете, начинает сначала. Мальчик стоит и всматривается вверх, прислушивается к чему-то незримому, потом отпускает, уходит в угол. Мужчина оборачивается с картой в руках, а в глазах – детский плач. В потоке толпы опускается в чрево метрополитена, задавливая в себя слезы.

– Да что же с вами происходит? – вопрос остается без ответа.