Там, где время возвращается вперед

Уэйн вышел из ванной, растирая до бодрящего состояния мимические мышцы полотенцем, что в полу-мокром расцвете сил с усидчивым удовольствием охлаждает своей влагой шею парня. Пройдя чуть дальше по причудливо освещенному утренним солнцем, восходящем где-то высоко и всего через каких-то несколько кварталов по расстоянию, как казалось, Уэйн зашел на кухонную территорию. Он была разукрашена в серых тонах. Холодные оттенки асфальта не спеша переходили на согревающий цвет осенних промокших насквозь листьев.

Кстати.. А вы замечали, если по дождливому уличному полу начать якобы тащить падший адаптировавшийся листочек, то он будет издавать крайне непривычные для природы звуки и, наверное, местами отталкивающий оттого. Лично у меня начинает проходить параллель с тем, как кристально чистой и новой тряпкой, от чего на ней не видно никаких катушек и пыльных трудно выводимых скромных пятнышек, протирают только что очищенное и отшлифованное, казалось, стекло. Если задуматься и вспомнить, так ведь действительно люди делают. После первой стирки начинают стирать выстиранные вещи. Одни это могут делать оттого, что всецело раздражены на себя и окружающий свой мир, и в следствие этого его также будет раздражать постиранная рубашка, возможно, только лишь из-за того, что чистейшая и измученная силой специализированных порошков нитка, своим началом отлетевшая от рубашки, вблизи не вписывается в саму рубашку. Из чего делаем вывод, что конец способен выдержать начало. И что к концу придраться гораздо сложнее, нежели к началу. Всякие другие, хочу закончить красиво эту тему, стирают постиранные вещи порой потому, что, к примеру, чересчур невнимательны или обладают актерской хитростью, что уговорила этого человека еще раз закинуть в таз ту самую рубашку, дабы видом своим отвлечь брюки, расположенные ниже, с проблемным не особо одобренном пятном, пропитанной грязью с бордюров водой, капающей временами с неба. В случае со стеклом просто получился необычный, но все же чем-то обаятельный факт. Создается звук того, как эту на данный момент незамысловатую тряпку проводят по поверхности гладкого и без того малость влажного от какого-то иного чистящего средства стекла.

На столе, который так неровно был поставлен вровень со стеной, что аж можно было сосчитать все те выемки света и частичек пыли, вероятно, самостоятельно оторванных ниточек от одежды, совсем тихо и непринужденно лежала.. Может, стояла..