Из ворон в страусы и обратно

От большого ума Веня сообщил родителям о своем намерении привести в их дом невестку.

– И кого это, интересно?– полюбопытствовала Венина мамаша, насмешливо глядя на плод их со Скрипниковым былой любви.

– Нилку. Я люблю ее,– на всякий случай объяснил Веня.

– Нилку? – ахнули родители. Батя у Вени трудился токарем на метизном заводе, а матушка – медсестрой в поликлинике. Батя в семье был головой, и мать – вертлявой шеей.

– Нилку.

– Эту версту коломенскую, эту тлю?– не поверил папаша.

– Никакая она не тля,– оскорбился за любимую Веня,– она хрупкая и нежная.

– Много ты понимаешь,– презрительно скривился папаша.– Тебе жена нужна, а не ваза напольная. И вообще, сходи в армию, а там видно будет.

Мамаша хранила горестное молчание.

Медицина бессильна: если ее Веня что–то задумал, пойдет до конца.

Сколько слез она пролила, отговаривая его от армии, а все без толку. Но жениться на Нилке – это уже слишком. Это – поставить крест на роду Скрипниковых.

Ясно же: дурная кровь у этих Кива. Что мать, что отец – совсем спились, усохли, в скелетов превратились, уже ветром качает.

А ну, как Нилка пойдет по родительским стопам и потянет за собой их кровиночку? Ведь всем известно: если жена пьет, то муж обязательно сопьется. А ну как пагубная тяга передастся внуку или внучке? Тьфу, тьфу, тьфу.

…– Сначала нужно объяснить этой шалаве, этой паскуде Нилке, чтобы она выбросила Веню из своей глупой башки. Не поймет – тогда война. До кровавых соплей. До последнего патрона,– стучал по столу старшина запаса Скрипников–старший.

– Можно и грех на душу взять, отворотное зелье подлить Вене,– подала идею мамаша.

– Потом отмаливать будем, все потом,– поддержал идею глава семейства,– сейчас все средства хороши.

Говорить с Нилкиными родителями смысла не имело, решено было обратиться к единственному вменяемому члену семьи – бабе Кате.

Когда Скрипниковы высадились перед домом Катерины Мироновны из своего доисторического Мерседеса, работавшего на газу и по этой причине несусветно чихающего и чадящего, вид у них был воинственный.

Не хватало только флага и барабанов на шее.

Звук привлек внимание Катерины Мироновны, она отодвинула тюлевую занавеску, рассматривая транспортное средство и святое семейство:

– О, Нилка, кажется, сваты приехали.

Обе застыли с отвисшими челюстями.

– А если они не свататься?– высказала сомнение внучка.

– А зачем тогда?– задала здравый вопрос бабушка.– Я бы на их месте рада была сбыть с рук своего обалдуя.