Неправильный выбор

Ошибки, которые совершила в прошлом году, придётся исправить и не допустить ни при каких случайностях. Многое изменилось в моём внутреннем мире, взглядах на жизнь и окружающих.

О боже! Я снова здесь! Я снова на отдыхе! Душа проснулась, встрепенулась и начинала ликовать при виде знакомых улочек. Вот-вот я встречу подругу и буду не в силах удержать радости и восторга, эмоции выльются наружу.

– Остановись у дома крёстной матери, – обратилась к мужу, который плавно проехал через мост курортного посёлка.

– Устроишься и потом спокойно сходишь.

Муж посмотрел на меня. Я понимала, что он торопится обратно, ведь дорога неблизкая – сорок километров.

– Нет, сейчас, пока я настроена, а затем поедем в гостиницу. После встречи с девчатами диалог с крёстной получится неискренним, мысли взбудоражатся, взбаламутятся.

– Хорошо, как скажешь.

Я вышла из машины, забежала в витые ворота.

– Здравствуй, моя дорогая крёстная. Как твои дела?

– Как всегда, лежу уже третий год. И сиделка со мной день и ночь.

Натали кивнула женщине, сидящей в кресле рядом с кроватью.

– Сын ей платит бешеные деньги, чтобы мне было хорошо. Ты-то, милая, как? Снова отдыхать приехала?

– Мне нужно поведать тебе о многом. Ты всё прекрасно видишь и знаешь. Но ты должна услышать всё из моих уст. Я чувствую твоё присутствие рядом. Ты самый идеальный слушатель. Я спешила к тебе, боялась опоздать, вдруг у тебя появятся неотложные дела, поважнее моей исповеди. Всю дорогу думала о тебе, и теперь я у твоих ног.

Постарайся понять и принять меня такую, какая я есть. Милая крёстная, как же я устала. Прости, что жалуюсь. У меня есть маленькая просьба, а может, желание. У меня есть кров и пища, и человек, который заботится обо мне.

Стараюсь, живу все эти годы, как могу. Меня унижают – я молчу. Меня оскорбляют – я молчу. Меня ругают – я снова молчу. Я, стиснув зубы, прошу у Господа прощения для них.

Сначала стояла на ногах крепко, думая, что ничто меня не сломит. Всё выдержу! Всё стерплю! Но они смогли поставить меня на колени, затем уронить на землю и уложить на лопатки.

Я не могла пошевелить ни ногой, ни рукой, была не в силах приподнять голову. Они жестоко топтали меня своими тяжёлыми ногами. Со временем я закрыла глаза, перестала думать, мечтать. Жизнь стала медленно покидать моё тело, не оставляя никакой надежды на дальнейшее существование. В душе не осталось ни радости, ни удовлетворения, а главное – не было уже желания жить.