Королевская щука

Девица с десятью долларами – второй щелчок.

Опоздание на рейс в Бодайбо – третий. Счет 3:0, ведет фортуна. Судьба. Провидение. Планида. Дальше только контрольный выстрел в голову.

Макс стряхнул с себя оцепенение.

Бодайбо на глазах стремительно удалялся в историю: именно премии делали место бухгалтера привлекательным – они были больше зарплаты.

Недолго мучаясь, Макс написал заявление.

…Тетки тетками, но решение было эмоциональным, и Макс быстро осознал ошибку: нет Бодайбо – нет денег.

С судьбой не поспоришь.

Так он и сказал Лешке Сыроваткину.

– Не судьба мне учиться в Германии, – уныло подытожил Макс. Они сидели в недавно открывшемся ресторанчике мексиканской кухни «Амиго».

– Макс, а как же курсы? Неужели все было зря? – Брови на лице у Лешки от возмущения вылезли за линию лба.

– Ну ты же видишь: не получается.

– Почему ты так легко сдаешься?

– Предлагаешь биться головой о стену?

– Если б я тебя не знал, я бы решил, что ты слабак.

– Ты меня не знаешь. Я и есть слабак.

– Для того чтобы признать себя слабаком, – со знанием дела заявил Лешка, – нужна сила.

– Нужна честность, – не согласился Макс.

Ему очень хотелось, чтобы Лешка оказался прав, и возражал он, скорее, из желания, чтобы его разуверяли и разубеждали.

– Знаешь, Талли меня спросила когда-то: «Кем ты себя представляешь в сорок лет?» – Лешка имел в виду двоюродную сестру.

Двоюродную сестру Лешка цитировал направо и налево, и как-то выходило, что она стала чертовски умной девицей, путеводной звездой и мотиватором – это было Лешкино словцо.

Психолог и сестра спасала Лешку от неразделенной любви, от деспота-начальника и в целом – от житейских неурядиц, которые в двадцать семь кажутся непреодолимым.

По странному стечению обстоятельств, после того, как Лешкина сестра вернулась из Израиля, Макс ее ни разу не видел, а воспоминания о ней были размытыми. Когда Талли уехала, ему было тринадцать, ей – шестнадцать.

Копившееся в душе Макса возмущение готово было прорваться наружу: просто какой-то заговор. Как будто опытный путевой обходчик переводит стрелки, меняет расписание, идет на должностное преступление и путает станции и номера поездов, лишь бы Макс не встретился с Лешкиной сестрой.

– Интересно… – Макс понял, что произнес это вслух.