Мои звери. Рассказы о моих и не моих животных

Я, которая не привыкла видеть летучих мышей на воле, да ещё так близко – любовалась, как на ожившую сказку! Май с трудом выдерживал их только ему различимый писк, стараясь поскорее утащить меня домой. А эти трое, – носились над полем, хватая на лету жуков и ночных мотыльков, и осыпали нас с Маем крылышками, не годными в пищу…

Сейчас, в октябре уже не увидишь в ночном небе пару перепончатых кожистых бесшумных крыльев – слишком холодно.

Почти подходим к калитке… Тут навстречу бабушка, смотрю а мой Май вдруг хромать снова начал.

– Ой, когда ж у него ножка пройдёт? – пожаловалась бабушка. – И видеть ещё хуже стал…

– Да он только что не хромал совсем! – вырвалось у меня.

Я уставилась на собаку. А ведь и правда, никакой хромоты минуту назад и в помине. И в глаза смотрел – умно и хитро, будто знает обо мне что-то, о чём даже я не догадываюсь.

Вот развеселил, обвёл вокруг пальца! Опускаюсь на корточки перед ним, с блаженством зарываюсь в его лохматую тёплую шерсть носом, обнимаю.

– Симулянт ты мой!!!

А в ответ – Гордость и Любовь самого большого в мире сердца.

Мы в ответе за тех, кого…

В связи с устоявшейся в Москве жарой у нас в кабинете было все плюс тридцать по Цельсию. Вентилятор из последних сил трудился на максимальной скорости, но движения воздуха почти не ощущалось. Цветы на подоконнике не зачахли только потому, что их поливали по два раза в день. Да и сами сотрудники от жары были никакие.

Сижу, значит, печатаю, никого не трогаю, мечтаю о большом сугробе снега или хотя бы о небольшом, но холодном дожде и тут мне на клавиатуру падает муха! Как она летела я видела краем глаза, а вот чего она вздумала на мой стол свалиться?! Ну, первая реакция – легкая брезгливость.

Я то к клавиатуре пальцами прикасаюсь, а эта где летала, прежде чем ко мне шлепнуться, кто знает?…

– Кыш! – говорю. – Пошла отсюда! – Муха сползла с клавиши «Ctrl» на стол и еле двигая лапками проползла еще пару сантиметров. – А, ну, пошла на фиг!

Я разозлилась так, что даже с места вскочила.

Муха проделала еще несколько шажков и застыла. Я на нее даже мокрым полотенцем замахнулась от досады, чуть остывший кофе не пролила. А она сидит на столе и не двигается. Меня прямо совесть кольнула. Мне от жары не по себе, а ей-то каково! Помирает вон. Ну, что делать? Бросила полотенце на стол, села обратно, на нее смотрю. Полотенце мокрое, чтоб не так жарко было мы все, кто с тряпкой, кто с полотенцем, кто с платочком.