Медовый заговор

А озеро под боком, в открытом доступе в любое время суток. Так что остается озеро.

Александра представила, как наденет жернов на шею, войдет в воду, станет тонуть, захлебнется, пойдет ко дну… Пролежит в воде несколько дней, разбухнет… Куда уж больше, и так сто с лишним килограммов. Ее выловят, с трудом опознают… Озеро тоже потеряло привлекательность.

Всю сознательную жизнь Александра Брусенская жила надеждой, и в этот раз сделала то же самое: стала надеяться изо всех сил.

Валерий не обманет!

Ее особый, собинный друг сдержит обещание, замолвит за нее словечко, и она займет кресло директора оздоровительного Центра.

…Едва подруги заняли двухместный номер на втором этаже дома отдыха, Капитолина выложила из неподъемной сумки гору бульварных романов.

У Ивоны зарябило в глазах: Нестерова, Вильмонт, Веденская, Анна Гавальда, Сесилия Ахерн и Джуд Деверо. Джуд и добила Ивону.

– А где Достоевский? – поддела она подругу.

– Достоевский? – Капа вытаращила глаза. – Спятила? Я, например, ищу утешение в книжке.

А на Достоевского в трудную минуту нельзя положиться, он не утешает. Он наоборот, вгоняет в депрессию. Внушает тебе, что ты подлец, насекомое и тварь дрожащая.

Ивона смерила подругу критическим взглядом:

– Интересно, от чего ты ищешь утешение?

Капитолина судорожно пошарила в голове.

– От человеческой подлости, – нашлась она, – и вообще от жизни.

– Ты, Капа, исключение. Обычные люди в книжках ищут опыт духовных переживаний. Ты права, Достоевский не утешает, он меняет мировоззрение человека, – незаметно для себя стала заводиться Ивона.

 – Если я – тварь дрожащая, подлец и насекомое, значит, мне надо себя менять, чистить себя изнутри, становиться лучше. А если я белый и пушистый, то зачем мне меняться?

– Хорошо, что ты не Достоевский, – порадовалась не столько за подругу, сколько за себя Капа. Именно она стала первым и единственным читателем романов Ивоны Петковой.

Ивона сразу растеряла весь запал.

– Это точно, я не Достоевский. Я обыкновенная графоманка.

Как раз после развода Ивона и сбежала от действительности в свой первый роман, где правили вечная любовь и верность до гроба.

Роман был готов, и Ивона отправила рукопись в самое могущественное издательство страны.

Но и тут ей не повезло.

В ожидании ответа прошла зима, наступила весна, потом осень. Снова наступил январь, потом февраль…

Несколько раз Ивона звонила в редакцию этого издательства, интересовалась судьбой рукописи.