Зеркало

Александр Васильевич достал мобильник, набрал номер и медленно побрел в сторону аптеки, вслушиваясь в нудные протяжные гудки.

– Кафедра. – Сварливо отозвалась лаборантка на том конце.

– Привет, Валя. Это Михайлов беспокоит. – Произнёс Александр Васильевич. – Ты звонила?

– Да, Саша. На тебя тут бумага пришла. Теплоход требует объяснений. Дерьмо через край.

– Что за бумага?

– Жалоба. Говорят, ты систематически нарушаешь положение «О равных конкурентных условиях».

Мол, у твоих студентов знаний больше, а оценки ниже, чем у студентов других преподавателей, а это бросает тень на их, преподавателей, компетентность и репутацию. Тут много всего.

– Ладно, я буду минут через сорок. Разберемся.

Александр Васильевич, борясь с искушением бросить мобильник в первую попавшуюся урну, спрятал аппарат в карман и двинулся дальше. Следовало поскорее закончить утренние дела, так как теперь до начала занятий нужно было ещё и успеть в кабинет Ректора, которого за его невероятные размеры и густой бас прозвали Теплоходом.

В аптеке в этот ранний час было немноголюдно. Очередь состояла всего из двух человек. Старая бабка выбирала прокладки, а дорожный монах с полосатым жезлом на поясе и кожаным мешком на плече пялился на витрину с антипохмельными препаратами. На мешке старорусским шрифтом через трафарет было выведено: «Только для взяток».

Александр Васильевич занял очередь за представителем закона и с грустью подумал: «во что мента ни выряди и как ни назови, нужны тысячи лет эволюции, чтобы он стал человеком».

Старушка расплатилась, а монах ткнул жирным пальцем в витрину, указывая провизору на нужное ему лекарство, и достал из мешка скомканные сальные купюры. Получив коробочку с таблетками, монах истово перекрестился, лихо отдал честь и величественно поплыл к выходу.

– У вас есть что-нибудь из этого? – Спросил Александр Васильевич продавщицу, протягивая ей рецепт.

– Из этого, к сожалению, ничего нет. – Сказала женщина. – Но есть одно новое лекарство, думаю, оно вам подойдёт.

– Дорогое? – Смущённо поинтересовался Александр Васильевич.

– Нет, напротив. – Ответила провизорша и выложила на стойку тюбик с какой-то мазью.