Между адом и раем

Другой уходит на войну и погибает в первой битве. Его жена, верна ему и что в итоге? Любовь-то есть, а счастья никому она не принесла. Иль вот еще – влюбились, поженились, нарожали. Детей, двоих, иль скажем трех. И вдруг он остается без работы, неважно почему, болезнь, хандра иль годы, семью-то нужно содержать. А нет работы, где же деньги взять? К тому же папа их не Бог, чтоб просто так давать. И тут твоя любовь, трещит по швам, как сношенное платье. Ну и конечно рвется, там, где тонко. Что до любви, ее там нет нисколько.

А страсть, она не долговечна, но прекрасна. В ней нет обмана, лжи, притворства. Она подобна свету падающих звезд, цветку, что расцветая тут же вянет. Оазису в пустыне, где утомленный долгим зноем странник пьет живительную влагу. Напившись, отправляется в поход, через пески к иному дастархану и снова иступлено пьет.

Природа человека такова – тут страсть огонь, а человек дрова.

Адам

– Нет, на таком огне, ни пирога, ни каши не сваришь ты, лишь выгоришь до тла. А к старости, опустошив все чаши, к гадалке не ходи, останешься одна.

Забытая, ненужная, пустая, бутылка хереса опустошенная до дна.

И там где цвел цветок недолговечный, остался только кактус, засохший, сморщенный, больной и никому не нужный. Такая жизнь не для меня. А что касается любви. Любовь не мыслит зла, не радуется лжи, не превозносится, и не гордится, и терпит, долго терпит. Все переносит, ждет, надеется, и верит. В любви нет страха, нет боязни, и там где надорвалось от износа, она заштопает, излечит, залатает.

Любовь не ураган, чинящий разрушенья, она строитель и хранитель очага. Она законный продолжатель рода, она не умирает никогда. Любовь – есть жизнь.

Лилит

– Все это лишь слова. В них правды ровно столько, сколько и притворства. Весь этот романтичный берд не стоит медного гроша. Любви в природе нет, ее не существует. Хотя любить, наверное, возможно, но никого другого, ты не полюбишь, не любя себя.

Я знаю то, что говорю. Весь мир стоит на трех китах – их имена – власть, деньги, страсть, увы, и ничего другого.

Правитель, облаченный властью и народная любовь – смешно, не правда ли? Любовь не купишь, не продашь, не обменяешь на ведро картошки. Любовь мертва, когда уходит страсть. Так что она? Мираж, галлюцинация больного.

Адам

– Уж лучше пусть я буду болен, или обманут миражом, но жить в таком раю здоровым, как приговор. Пожизненный, бесславный и нелепый. Скажи, а как же мы с тобой? Вот, ты и я.