Точка возврата

Обычная девушка: хвост на макушке, постная физиономия, черный свитер и серый сарафан – не арабеска, не геометрический орнамент, к тому же усталость и мировая скорбь на лице. Мужские взгляды все чаще скользили мимо, не задерживались. А ведь могла бы быть привлекательной…

– Как вас зовут? – Рука мужчины нырнула во внутренний карман пиджака.

– Евгения Станиславовна.

Женя не заметила, как брови посетителя от удивления подпрыгнули, он хмыкнул носом и покрутил головой. Хаустова с напряжением следила за рукой мужчины, будто он мог вынуть из кармана пистолет или гранату – очень уж сильным было сходство с Джеймсом Бондом в исполнении Пирса Броснана, которого Женька не выносила.

Посетитель раздражал Женьку не только щегольством и глянцевой внешностью. От мужчины исходили энергетические волны опасного состава. Странный гибрид раскованности и сдержанности.

Из кармана появились вполне обыкновенные, но многочисленные корочки:

– Евгения Станиславовна, подготовьте приказ, я потом зайду.

Ничего не объяснив, посетитель оставил на столе документы и вышел.

Женя проглотила бутерброд, выглянула в коридор и пригласила следующего очередника. Документы, через несколько минут оказавшиеся похороненными под другими бумагами, так и остались лежать на краю стола.

В конце дня «мистер Бонд» снова возник у Жени в кабинете:

– Евгения Станиславовна, где приказ?

Женя оторвалась от монитора.

– Какой приказ?

Господин устроился на стуле для посетителей, откинулся на спинку и по-мальчишески покачался, балансируя на двух задних ножках.

Эта манера раскачиваться на стуле подвергала нервную систему большому испытанию: покойный муж Андрей обожал дразнить Женьку, раскачиваясь подобным образом. Отклонялся назад так, что несколько раз опрокидывался. Вот и сейчас Женя в напряжении ждала, что посетитель сверзится вместе со стулом – не сверзился.

– Евгения Станиславовна, – обратился к Жене щеголь. Спохватившись, он оставил стул в покое. – Похоже, мы с вами не сработаемся.

Женя застыла, ожидая продолжения, объяснений или намека.

Вместо этого посетитель с упреком посмотрел Жене в глаза и тут же отвел взгляд. Женя его понимала – сама на себя старалась смотреть как можно реже. «Неужели управляющий?» – вспыхнула догадка, от которой внутри у Женьки все завязалось в узел.

Управляющий, о котором шептались по углам уже несколько недель. Топ-менеджер, кризисный управляющий или антикризисный, или что-то в этом роде, с революционной фамилией. Дзержинский? Нет.