Варенье с косточкой

Глава 5

…Олимпиада Разгуляева преподавала «русский язык как иностранный» кучке китайских студентов.

На дворе доцветал май, близились зачеты и экзамены, по этой причине Олимпиада была приглашена на вечер в честь преподавателя – в свою, то есть, честь.

Коротко стриженая, пухленькая, невысокая, еще в начале первого семестра Олимпиада подверглась пристальному вниманию мужской половины аудитории, если так можно назвать группу из одиннадцати человек.

Знание языка ограничивалось на тот момент счетом до десяти и словами: «подлуга», «здластвуйте», «пасиба», «дасвиданя».

Поэтому личные вопросы стали проскальзывать постепенно, по мере овладения предметом.

Первый был: вы замужем?

Олимпиада подпустила в интонацию кокетства: нет. Не замужем.

Кокетство было наигранным и не вязалось с печалью на дне глаз.

Следует признать: Липочка была фантазеркой. Однажды она нафантазировала себе принца и все ждала, когда в ее дверь постучит приятной наружности молодой человек, возьмет за руку и поведет прямо в халате в счастливую далекую даль.

Фантазия исполнилась только наполовину.

Подающий большие надежды аспирант некоторое время присутствовал в ее жизни, и любовь присутствовала. Только аспиранта позвали в столицу, а Олимпиаду он с собой не пригласил. И правда: зачем в Тулу со своим самоваром?

Липочка даже пыталась приживить в черепе мысль, что и не было никакого мужчины. Безуспешно, правда, пыталась, если вспомнить маниакально-депрессивный психоз, в который она тогда вляпалась.

Долго выбиралась, два года сидела на антидепрессантах. И в Троице-Сергиеву Лавру ездила, и к Матроне Московской. Наверное, все вместе помогло. Правда, психиатр – чудесная, чуткая женщина – предупредила, что следует избегать стрессов и страстей, иначе болезнь может вернуться. И Липочка панически боялась второго дубля. Всего этого китайским студентам не объяснишь.

Затем последовал вопрос о возрасте. На этот каверзный вопрос Липочка отвечать не стала: ей уже стукнуло двадцать семь, так что хвастать было нечем.

После короткого интервью посыпались приглашения на студенческие вечеринки в духе дружбы народов.

Это последнее было четвертым за семестр: первое случилось накануне зимних каникул, второе – на китайский Новый год, третье – на Восьмое марта и вот – перед летней сессией.

Еще в начале учебного года Олимпиада увиливала, отказывалась от приглашений, находя неэтичным встречаться со студентами за каким-либо столом, кроме письменного.