Картавый мальчик

Такой у вас мужчина! Не хамло какое–то командировочное, я их здесь повидала, различаю. Он же к вам со всей своей душой… Если уж таких мужиков нам с вами этим фирменным шлюхам подкидывать, то я тогда уже не знаю, какой вам ещё нужен!

Лика, не дослушав, бросила трубку. Накинула халат и, как была босая, так и помчалась к нему наверх.

Дверь оказалась закрытой не на ключ. «Администраторша предусмотрела», – догадалась Лика. Она тихонько открыла и вошла в его номер.

Владик был мертвецки пьян. Он сидел в постели, покачиваясь, с закрытыми глазами, привалившись спиной к массивной деревянной спинке кровати.

По обе стороны от него с отсутствующим выражением лиц полулежали, коротая проплаченное время, две совершенно голые и тщательно выбритые «там» девицы. Увидев Лику, они испуганно вскочили.

Лика брезгливо стала срывать с кресел их одежду, и зашвырнула всё это в коридор.

– Свободны!

Девчонки попробовали было возмутиться:

– Ты кто такая? Ты чего раскидалась?

– Это мой муж, и я сейчас вызываю сотрудников органов внутренних дел, – твёрдо заявила Лика.

Девицы за секунды натянули свои шмотки, и их как ветром сдуло.

Она внимательно осмотрела Влада. Нет, вроде бы ничего у него с ними не было. Девчонки, наверное, даже не попытались привести клиента в чувство. Да и зачем? Больно им это надо, если уже заплатили.

Бумажник Влада лежал на столике рядом. Лика раскрыла – он под завязку был набит купюрами. Если они и взяли что–то себе, то немного. Или побоялись трогать вообще.

Лика попыталась положить Влада на кровать.

– Милый, приляг. Нельзя же вот так до утра сидеть.

Но Влад, хоть ничего и не соображал, а крепко держался за спинку кровати. И слабо попросил:

– Не надо меня никуда класть: я не могу лежать, меня тошнит.

Лика совсем растерялась, она не знала, что с ним таким теперь делать.

– Бедный ты мой мальчик. Владик, может, тебе принести ведро? Может, тебе сейчас пальцы в рот, а?

В ответ он, мотнув головой, грязно выругался:

– В кг’еста мать! Мне пальцы? Я за что вам заплатил? Ну же, я сколько могу уже ждать.

Лика всё поняла. Боже мой, за кого он её принимает!

«Сама виновата, – подумала она. – Зачем вот ушла?». Ей стало жалко себя, ей было жалко его. Лика до боли закусила губу, секунду–другую подумала, потом бросила ему за спину две подушки, скинула с себя халатик и стринги, и быстренько уселась сверху. Обняла, обхватила руками и ногами, прижалась к нему крепко–крепко.