Повести

То ли родственники на живодёрню сдали, то ли в хорошие руки пристроили. Хочется думать, что всё – таки в хорошие руки отдали. Им – то ни Оксана, ни собака нужны не были.

Вот так и живу. Пётр ревностью совсем замучил. Домой идти, никакого желания нет. Тихона, сына его, встретила. Думаю, что специально встречи со мной искал. На работе задержалась. Шла, поздно через парк. Тут он из тёмной аллеи выходит, как привидение. Мне, аж, жутко стало. А он нагло так:

– Что, только со старичками нравится? Молодые не прельщают? Может, ты им сама не нужна, стерва смазливая? Или, давай, попробуем?

Меня, как прорвало:

– Шёл бы ты, сынок, лесом! А, не ночами по паркам шлялся? Дома заждались, небось? По бабам, думают, их папка бегает.

А он мачеху свою решил ублажить, да на путь истинный наставить! Так, вот, запомни, ты мне не нужен! А с кем мне нравится и, что мне нравится не тебе судить! От вас мне ничего не надо! Всё, что отец ваш с матерью нажил, вам достанется. Себе копейки не возьму. Так и сестре передай! Будешь надоедать или запугивать, папашу твоего на вас напущу. Мало не покажется! Сам знаешь, ночная кукушка, дневную, всегда перекукует!

Тихон растерялся. Не ожидал от меня такого отпора:

– Чокнутая какая – то. В психушку тебя надо сдать, или на цепь со строгим ошейником посадить! Ненормальная!

Развернулся и ушёл в ночь.

А, я осталась, как оплёванная, стоять посреди аллеи. От такого выброса энергии, силы оставили меня. Еле – еле доплелась до лавочки в тенёчке и дала волю слезам. Сижу, рыдаю, себя жалко.

Ну, что я такая несчастная? Ни наследство мне их, ни папаша не нужны. Сейчас, после этого разговора, я это отчетливо поняла. Всё, собираю вещи и ухожу. Благо есть куда. От УНР я ещё до замужества получила отдельную квартиру. Почти и не жила в ней. Больше у родителей находилась. Одиночество в новой квартире тяготило.

Чувствую, рядом кто – то присел. Слёзы вытерла, отвернулась. Места что ли мало? Лавочка эта понадобилась. Страха нет совершенно. Изнасиловать попытаются – глаза выцарапаю.

Убьют – пусть убивают, чем так жить. Всё – равно жизни никакой нет. Повернулась… Миша…

Растерянность, нежность, злость. Все чувства нахлынули одновременно.

– Ты, что, тоже случайно здесь оказался? – спросила с вызовом.

– Не случайно. С работы провожал тебя.

– ?!

– Я в отдалении шёл, чтобы ты меня не видела. Всё слышал, – усмехнулся, – Вмешательства не потребовалось. Сама прекрасно разобралась.

Я сидела опешившая, переваривая случившееся.