Люба, исполняющая желания

Остальные девочки, не простив жениху страданий Марины, решили все-таки затащить его под венец. Облепив со всех сторон, они поволокли Славика к Маринке. Весь в снегу, в сдвинутой на лицо шапке, с раскрывшимся рюкзаком, из которого вываливались краски и карандаши, жених отчаянно сопротивлялся своему счастью. С куртки слетели пуговицы, у шапки оторвался помпон. Наконец, Славик не выдержал, и, рассвирепев, раскидал девочек, которые тут же заныли. Опьяневший от сока Андрейка орал песню: «Пока, пока, по камушкам мы школу разберем, учителя повесим, а завуча убьем…».

Допев, он исполнил известный танец из Тик-Тока. После чего концертная программа повторилась. А Василиса все дергала и дергала за нитку от варежек, стряхивая с кустарника уже не снег, а последние необлетевшие листья.

И вот, кольца потеряны, алтарь сломан, арка рухнула, вместо платья бесформенный сугроб, а лестница в «прекрасное будущее» осталась без ступеней. Выпав из рюкзака Славика, по снегу расплескалась красная краска, окончательно превратив свадебную идиллию в поле боя.

На секунду все замерло: дети, птицы, школа. Даже облака перестали бежать по небу. Но потом снова побежали, роняя крупный грустный снег. Собрав все выпавшие из рюкзака предметы, жених ушел. Его друг Андрей, по-прежнему притворяясь пьяным, доел мандарин и грыз Ролтон. Потирая ушибленные места, девочки собрались вокруг невесты. Они пробовали утешить ее, но она упрямилась:

– Отстаньте! – отпихивалась она. – От меня муж ушел. Я теперь одинокая мать.

– Как? – удивлялись девочки.

 – Ты разве успела родить ребенка?

– Я усыновила Мишу Голубева, – рыдала она. – Сегодня, на большой перемене.

Василиса тем временем варила из снега и жухлых листьев «зелье», чтобы лечить раненных подруг. До взрослой жизни оставалось как минимум десять лет.

Счастливая семейная жизнь

Что может испортить хорошо налаженную и счастливую семейную жизнь? Практически ничего. Разве что случайные роковые ошибки.

У Саши и Маши все было хорошо, пока супруги не совершили роковую ошибку.

Вернее, их было две, но следовали они одна за другой и потому являлись как бы продолжением друг друга.

Первой ошибкой было решение Маши выкинуть из прихожей коврик. Саша не то чтобы был привязан к нему, но считал его личным вкладом в семейный быт. Когда Маша запихала коврик в пакет для мусора, Саша испытал неосознанное беспокойство. Но здание семейной жизни не рухнуло, даже не покачнулось, в нем лишь появилась незаметная трещинка.