Неупиваемая чаша

Тянувшаяся полгода эпопея обменных цепочек старанием Светланы Андреевны благополучно завершилась, и семья вселилась в трехкомнатную квартиру.

Добившись разрешения на оптовую торговлю, я перешел к следующему этапу – снижению цен. Большинство перекупщиков с новыми установками смирились, восполняя потери объемом продаж, но некоторые, арендуя у загибающегося «Книготорга» магазины, стали работать самостоятельно. Расстроившегося Антона я успокоил, объяснив, что, закупаясь в «Олимпийском» на общих основаниях, они, со своими дурными наценками, нам не конкуренты.

С моего одобрения он привлек студентов, и на улицах, в магазинах, в проходных предприятий появились наши лотки с книгами. Благодаря относительно низким ценам и работавшим сдельно продавцам товар на складе не залеживался.

***

А страна вползала во что-то непонятное: полки продуктовых магазинов пустели, вводились карточки, водка стала «валютой», но политическая жизнь бурлила вовсю. И добурлилась: партийные билеты членов КПСС пачками посыпались в мусорные урны, и в Кремле воцарился новый правитель.

Пользуясь покровительством перекрасившихся старших «товарищей», недавние комсомольские вожаки с лозунгом «Разрешено всё, что не запрещено!» открывали порнографические видеосалоны. Люди повально хлынули в «бизнес» и, нахватав под надуманные прожекты кредитов, лишались последнего, что у них было. Из-за галопирующей инфляции на предприятиях часть зарплаты выдавали товаром, в ход пошел бартер: «шило – на мыло, часы – на трусы».

Но книги раскупались, Россия упрямо держалась звания «самая читающая».

***

На выезде из города у КП стоял уже знакомый мне желтый «Москвич».

– Тормозни на площадке, – попросил я водителя.

Мы с Антоном выбрались из кабины, и капитан Земсков, в штатском, подошел к нам.

– Изменения в планах есть? – спросил он, здороваясь.

– Нет. Всё как договаривались.

– Мои люди проинструктированы. Твой помощник едет с ними, а я с тобой.

– Ладно, покатили…

Мы разошлись по машинам, и фура тронулась за «Москвичем».

Рассвет чуть забрезжил, когда километрах в десяти от Ярославля, сверкая милицейскими мигалками, с нами поравнялась «Волга».

– Водитель фуры, немедленно остановитесь! – высунулся в открытое окошко «матюгальник».

– Выполняй, – приказал Земсков.

Машина плавно встала, из «Волги» вслед за милиционером, направившимся к нам, вылезли трое парней. Земсков сидел, спокойно наблюдая за маневрами «Москвича».