Волк голодным не заснёт. Повесть

Казалось, что её не возьмёт никакой шторм-так прочно она здесь обосновалась. Она напоминала одинокого стражника, следящего с высоты холма за порядком в лесу. Много всего, должно быть, повидала на своём веку эта сосна.

И вдруг под сильным порывом ветра сосна накренилась и сначала медленно стала заваливаться на бок, а потом в считанные секунды с грохотом, как сражённый великан, рухнула поперёк дороги.

– Вот это подарок, -останавливая машину, проворчал Грушин.-Сократили путь называется.

– Прямо засада, как в кино, -иронично заметил Кремнёв.

– Осталось ждать атаки индейцев, -усмехнулся Батов.

– Или браконьеров, которым мы, как кость в горле, -подал голос Скобцев.

Лайка Грушина по кличке Памир, словно удивляясь увиденному, залаяла, выглядывая из-за спинки сиденья. Николай обернулся на пса, мол, всё нормально, и Памир замолк.

– Ничего, обьедем, -с уверенностью в голосе сказал егерь.-Не назад же возвращаться.

Он вышел из машины и направился в сторону лежащей поперёк дороги сосны. Кремнёв хотел было последовать за егерем, но Скобцев удержал его:

– Сиди, Сергеич, Колян сам разберётся.

Егерь обошёл поваленное дерево, оценивая обстановку и выискивая взглядом, где можно проехать. Затем направился к комлю сосны, где уродливо торчали вырванные из земли могучие корни. На месте, где несколько минут назад стояла громадина-сосна, зияла воронка, как после взрыва. Грушин встал на самом краю воронки и посмотрел вниз. Он не успел сообразить, как внезапно под его ногами край воронки осыпался, и егерь стремительно начал проваливаться.

– Что там происходит? -встревожился Кремнёв и вышел из машины. Скобцев с Батовым переглянулись в нерешительности. Памир нетерпеливо поскуливал, потеряв из вида хозяина. Вскоре вернулся Кремнёв, запыхавшийся и встревоженный. На вопросительный взгляд Батова скомандовал:

– Верёвку давайте! Кажется, наш егерь провалился в преисподнюю.

Ничего не понимающие Батов со Скобцевым, достав из багажника верёвку, бросились вслед за Кремнёвым и вскоре оказались на краю воронки.

– Ничего себе! -только и смог сказать Скобцев.

Кремнёв торопливо опускал конец верёвки в зияющую дыру.

– Как ты там, Колян? -держась одной рукой за торчащий обломок корневища и, вглядываясь в зияющую пустоту, пробасил Батов.

– Лучше не бывает, -донёсся голос Грушина.