Когда молчало Солнце. Квантовый зигзаг

И для меня есть свой отсчёт:

Я описал свои столетия;

В них время выставило счёт,

Я написал в нём междометия,

И вот он древний Коридор:

В котором, ни дверей, ни окон;

Звучит соната «Ля Минор»

Ты поправляешь рукой локон,

А я смотрю в твои глаза:

В них постарел на пол столетия;

За них молюсь на образа,

Тебе желая долголетия…

Желаю нам продолжить путь:

Покинуть царствие Аида,

И там, потом, когда-нибудь…

Благословит нас всех планида.

Чего же мне не вспоминать?

Определённости тут нету.

С утра люблю чертей гонять,

«Волной Судьбы», по интернету.

И вирус мой в волне не спит.

Умение с ним договориться,

Имел Художник и Пиит,

В нём штамм «Короны» сохранится.

Я поднял свой иммунитет:

Для мира больше не опасен.

Сидим на кухне тет-а-тет,

Сидим с тобою, Мир прекрасен!

По венам мирно, кровь течёт:

Сознание светлое, всё ясно.

Мелькают дни, наперечёт,

И прожит день мой не напрасно.

Ты Ангел мой, моя звезда!

Я преклоню свои колени,

Я твой до гроба навсегда:

В одном из тысячи мгновений!

Мой светлый Ангел подошёл,

Сказал мне просто: «Вероника!».

Мой Дух из вены ввысь ушёл,

Без возмущения и крика.

Я коронован! Я Король!

Мой Шут у трона мирно дремлет,

А я играю свою роль,

Народ молчит и тихо внемлет.

На сцене, высохший палач,

И плаха, кровью вся залита;

Из-за софитов слышен: плачь,

И стук железного копыта.

На сцену вновь выходит; «Он»:

Как Вельзевул в чужой короне.

«Он» забирается на трон,

По фене чешет на жаргоне.

«Он» матерится и шипит,

И взгляд его, во тьме, ужасен;

«Он» страшной карою грозит:

«Ковид» как вид, весьма опасен:

В «Театре», служит – Сатане!

Мне нужно с этим разобраться.

Что рассуждать мне о войне?

Беру копьё иду сражаться.

Пока ещё крепка рука,

Душа, пока ещё желает:

Изгнать из тела чужака;

Душа моя она всё знает,

Она всё знает: «на земле,

Настало время безвременья».

И в нём, скрываются во тьме,

Во (Сне) мои стихотворения:

«…В поганом (Сне) гниют сады;

Мечты – поганками воняют,

Растут поганые цветы,

В поганых водах – Мифы тают.

Мой миф о Западе исчез,

Исчез мираж благополучия:

Остался только наглый бес,

По воле Бога или случая.

Иль Бог вообще о нас забыл?

Иль его нет, на этом свете?

Тут Вельзевул свой храм открыл;

А я все прелести, в Поэте.