Когда молчало Солнце. Квантовый зигзаг

В костре огонь давно потух.

Мысль, пробегая по нейронам,

Стремится в вечное попасть,

И там, навек остановится.

А я смотрю: «Вот волчья пасть».

Такая чушь порою снится.

Мне самому, что ль зарычать,

И бренный мир призвать к ответу?

Мне неохота в мир, мычать:

Молится Ветхому Завету;

Ведь в этом, смысла точно нет;

Но, смыслом можно поиграться:

Я ведь Художник и Поэт,

Люблю над смыслом посмеяться.

Холсты я старые возьму,

И нарисую беспредметность:

Хочу я, светом рушить тьму,

С палитрой строить многоцветность.

В пространстве старого холста,

Я нарисую, пасторалью:

Тебя любимая мечта,

Твой образ милый за вуалью.

Тебя я буду воспевать;

Тебе писать свои сонеты;

С тобою зори мне встречать,

С тебя писать твои портреты.

Ведь всё расставил по местам.

Смотрю: вот лес, покрыт снегами.

Кисть нервно пляшет по холстам,

Я говорю с собой стихами,

И вспоминаю жизнь свою:

Недавно воевал с «Ковидом»,

Он Душу светлую мою,

Решил забрать с серьёзным видом;

Но, я как истинный герой,

Мечом махая, влево вправо,

Болезнь отправил на покой

И за собой оставил право:

Мне жить сейчас, иль умирать!

Душа моя не птичка в клетке,

Душе так хочется летать,

И соловьём свистеть на ветке.

Но, поезд мчит меня на Юг!

Бесята резво так играют,

В кругу своих родных подруг:

Подруги бесам подвывают;

Мой, нарушая лёгкий сон:

«…Во сне, в пустыне раскалённой,

Под некий колокольный звон,

Шагал дорогой неизменной;

В математический портал:

Там правят числа Фибоначчи!

Я ими мир свой измерял,

И с ними я решал задачи…».

Мой поезд мчится, сам на Юг:

В вагоне бесы повсеместно.

Я завершаю некий круг,

Писать уже не интересно.

О чём тут можно написать:

Вокруг леса, поля, болота?

В чём вдохновенье мне искать?

Когда два ушлых обормота:

Орут, визжат, пищат, поют;

Так бесы просто отдыхают.

Покоя парни не дают:

Они стихов не понимают.

Колёса катятся. Тук, тук!

Стабилизирую сознание:

В себе ищу я чистый звук,

Ловлю в движении состояние.

Тут вьюга пляшет за окном,

Снежинкам весело, смеются,

И веселится старый гном,

Бесята мелкие, сдаются,

И спать ложатся Тишина.

Последней нотой отзвучала,

В гитаре старая струна,

И тут же скромно замолчала.

Смотрю в окно, простой пейзаж:

Поля, засыпанные снегом.