Ярмарка наград

Витька вздрогнул, нечаянно задел и опрокинул на себя стакан с кипятком. Жгучая боль мгновенно пробила его тело. Как ужаленный, он подскочил со стула, выругался благим матом и со всей силы пнул первое, что попалось ему под ноги. Это опять был кот Васька. Любимец публики совершил в воздухе пируэт и, неистово шипя, спикировал на голову Светланы. Та, не разобрав в темноте обидчика, машинально схватила со стола тарелку и запустила её в направлении источника звука. Точное попадание в цель обозначилось новым ещё более диким Витькиным воплем.

После этого всё стихло. И лишь спустя некоторое время ищущие руки супругов, наконец-то, нашли друг друга.

– Это ты? – прошептал Витька и прижал к груди испуганную Светлану. – Вот и покушали.

В расстроенных чувствах он вышел на улицу. Во всех окнах горел свет и почему-то только его три злосчастных проёма чёрной дырой выделялись на фоне сверкающего огнями дома. Рядом крутилась соседка Полина – его верная подруга по бутылке. Она усердно махала веником, поднимая пыль на всю округу.

– А ты чего в темноте сидишь? – хитро спросила она. – Меня поджидаешь?

– Только тебя сейчас и не хватает, – передёрнул её Витька. – Ты бы лучше эту затею с уборкой оставила на ночь, а то ненароком беду накличешь. И так свет уже отключили.

Он похлопал себя по карманам брюк в поисках сигарет, но их, как всегда, не было.

– Может быть, угостишь? – обратился он к Полине.

– Ещё чего, свои надо иметь, – выпрыснула она и убежала домой.

Из двери выглянула Светлана и поинтересовалась:

– С кем это ты здесь? С Полькой, небось? Опять к бутылке примеряешься? Гляди, я ей все космы-то повыдёргиваю.

– Да не пью я, зарок дал, сама знаешь, – в чувствах произнёс Витька. – Лучше сигареты вынеси, смолить жуть как хочется.

– Вот иди и возьми сам. Заодно свечку зажги и в пробках покопайся. Может быть, в них всё дело?

Оставшийся в живых вечер Витька бесконечно выкручивал и опять вкручивал пробки электрического счётчика, менял лампочки, много курил и постоянно выглядывал на улицу, чтобы ещё раз убедиться в отсутствии у себя света.

На второй пачке сигарет, от которых уже мутило и кружилась голова, он прилёг на диван и, засыпая, пробормотал Светлане:

– Завтра же наведаюсь в ЖЭК. Устрою им Варфоломеевскую ночь.

– Ага, тоже мне разошёлся, – откуда-то из темноты отозвалась Светлана. – Завтра суббота, а потом ещё воскресенье. Выходные. Никто не работает. Спи уже, хватит бубнить.

Два дня и две ночи супругам показались вечностью.