Inselstadt: Город-остров

«Мой дом там, где ты, Йоахим», – первое, что сказала она, когда Морской собор припарковался у пристани под звёздами, и живые здания Инзельштадта приветствовали её слова светлой безмолвной радостью.

Архитектор прищурился на скопление шпилей, которые отсюда, со смотровой площадки на ратуше, напоминали набор остро отточенных карандашей, готовых расчертить небеса по эскизам воздушных потоков.

– Кто их построил, Эрик?

Хранитель места улыбнулся вновь.

– Спроси их сам, Йоахим, и разреши им дать тебе ответ.

Архитектор закрыл глаза и, ничему более не удивляясь, мысленно повторил вопрос.

Спустя несколько долгих секунд тишины его затопило входящей информацией. Радуясь человеческому интересу, здания не тратили времени на поиск подходящих слов, передавая сознанию Йоахима готовую картинку – прозрачную, звенящую, яркую.

Три столетия тому назад, на исходе эпохи Великого объединения земель, мир превратился в одну сплошную строительную площадку, на которой юные государства стремились перещеголять друг друга архитектурой, словно кокетки на вечернем променаде – платьями.

Тогда и пришли Зодчие. Откуда – известно не было: изначальные их образы расплывались в памяти новорождённых зданий светящимися силовыми линиями, тем более что Зодчие сразу же привели свой облик в полное соответствие местным традициям, и днём возводили свои соборы и ратуши, как полагалось, а ночью дорабатывали их, как считали нужным. Днём они творили для этого мира красоту. Ночью они превращали здания в величайшие тайники и прятали в них осколки лучших своих технологий, рассчитывая, вероятно, однажды прийти и остаться навсегда.

Так продолжалось – с более или менее долгими перерывами – ещё два с половиной столетия. Потом Зодчие перестали являться в мир.

– Пока наше существование никому не мешало, мы не предавались особенному беспокойству и жили ожиданием новой встречи с создателями, – добавил Эрик, говоря от имени собравшихся зданий, но странным образом не отделяя себя от них. – Однако, сейчас мир меняется, даже не подозревая, что неосторожный снос таких зданий чреват серьёзным бедствием… Мне кажется, Зодчие смогли бы почувствовать, что над их творениями нависла угроза.

Не хочу думать, что в их родном мире случилось что-то непоправимое, но…

– Но нам нужно продержаться как можно дольше, – неожиданно для самого себя выдохнул Йоахим чеканную формулировку войны, смягчив её вопросительной интонацией. – Спасти всех, кого сможем. Это план-минимум. План-максимум – отыскать Зодчих?..