Благодатное лето

Мужчина спешил следом от самой остановки, вымокший до нитки, он устало притормозил возле неё и виновато посмотрел в глаза.

– Что же Вы Милдред Ченнеси так быстро бегаете? Я еле догнал Вас.

– Я спасаюсь от дождя и от… Вас.

– Ну, от меня Вы уже точно не спасётесь! – смеясь, ответил он, – Вы же не отправите меня домой насквозь сырым?

Милдред неуверенно пожала плечами и пошла вперёд. Он шёл за ней, периодически прячась под козырьками подъездов, рассчитывая траекторию пути.

В тот вечер, пережидая дождь, он остался у неё до самого утра.

Милдред давно позабывшая силу мужских рук, отбросила все условности и позволила себе насладиться мимолётным счастьем. Они оба не заметили, как эти встречи вошли в привычку. Она – давно не была так счастлива, он-слишком давно не разговаривал ни с кем по душам. Милдред знала о его статусе, семье, привычках и старалась убедить себя, что парой встреч всё ограничится. Но роман затянулся, и Милдред чувствовала себя белкой, загнанной в колесо которая, неистово перебирая лапами, пытается выбраться из этого порочного круга.

Телефон зазвонил так неожиданно и резко, что Милдред вздрогнула и выронила из рук пеньюар.

– Алло, – проговорила она.

– Милдред, здравствуй. Я по тебе скучаю. Она всё ещё не привыкла к тому, что он появляется в её жизни так неожиданно. – Ты сегодня свободна? – продолжал он.

– Здравствуй, – наконец проговорила она, – Свободна.

– Я хочу пригласить тебя на прогулку.

– Куда? – спросила она, придерживая рукой телефонную трубку.

– В Центральный парк.

– Нас могут увидеть вместе, меньше всего мне бы хотелось лишних пересудов.

– Пусть говорят, что угодно. Ты чего-то боишься?

– Я не боюсь, а всего лишь забочусь о твоей репутации.

– Не будем об этом, – быстро проговорил он, – В семь часов рядом с будкой мороженщика. Я буду ждать тебя.

Он повесил трубку, и Милдред в сладостном волнении крепко зажмурила глаза. Выбрав подходящий наряд, она спустилась к подъезду, и, подняв руку, остановила первое попавшееся такси.

Он уже ждал её в условленном месте со скромным букетом каллов в руках. Милдред приняла цветы и наспех приобняв его, пошла вперёд.

– Милли, – так называл её только он, – Расслабься и иди спокойно, нас никто не увидит.

– Мне бы твою уверенность! Ты же знаешь, что я всегда волнуюсь, когда мы с тобой находимся в общественном месте, и больше всего я боюсь, что о нас узнает твоя жена.

– На этот счёт будь абсолютно спокойна. Ей совершенно не до меня.