И никого не стало

– Будто они могут что-то собирать, кроме маков и мухоморов, – проворчал мальчик, неохотно поднимаясь.

Он направился к кривой деревянной лестнице с покосившимися, но всё ещё прочно держащимися ступенями. На втором этаже было две комнаты: в одной жили Диана с Белкой, в другой Виктор Иванович. Он сам и бабушка Ева обитали на первом этаже. В этом были как минусы, так и плюсы: с одной стороны, летом внизу шастали полчища насекомых, а с наступлением холодов от земли шла жуткая сырость, но с другой, во время дождя и снега ничего не текло с потолка.

Гурий постучал в комнату.

– Отвянь, мелочь, – промычали оттуда.

– Не отвяну, – он толкнул дверь и вошёл внутрь. – Опять расслабляетесь?

Девушки лежали на большой двуспальной кровати, занимавшей половину помещения. Остальное пространство было заставлено разнообразными банками с помятыми боками и облезшими этикетками: из-под лаков, красок, каких-то химических веществ, которые ещё лет десять назад, во время последней вылазки в город, как рассказывал Виктор, были вынесены с заброшенного склада.

Белка отвернулась к стене, накрывшись с головой изорванным и тысячу раз перештопанным одеялом, а Диана звездой раскинулась наискосок постели и не мигая глядела в потолок.

– Ты свои руки видела? – хмыкнул Гурий. – Колола в одно и то же место, что ли?

Диана медленно повернула к нему голову. Синяки под её глазами были едва ли не ярче, чем на локтевых сгибах.

– Чего припёрся? – еле шевеля губами, спросила она.

– Я за ягодами. Не пойдёте со мной?

Девушка показала ему средний палец.

– Ну, как хотите.

Спустившись вниз, Гурий взял пластмассовое ведро, бесчисленные трещины которого были скреплены клейкой лентой.

– Ружьё не забудь, – напомнила Ева. – И не закатывай глаза. Знаю, что близко, но вдруг встретится медведь?

Она вздохнула, резко опускаясь в кресло, стоящее впритык к столу. От внезапной тряски новый карточный домик, уже насчитывающий два этажа, снова рухнул.

– В старом мире парни твоего возраста уже учились водить машину. А теперь только ягодки собирать… – проворчал он, хотя за Гурием уже захлопнулась дверь.

Со всех сторон их небольшое жилище окружал лес. Высокие ровные сосны и ели росли плотно, кустарники и травы стелились сплошным покровом, нигде не было тропинок.