Как трудно передать словами. Лирика

До дна испить, всю из  бокала.

Затем услышать звон струны

Той, что в моей  душе дрожала.

Дрожала, навивая грусть.

Волнующе и так не громко.

Тот звук, я знала наизусть,

Душа делилась им безмолвно.

Хочу испить бокал любви.

Забыв совсем о старых ранах.

Чтобы теплом меня обвив

Жила во мне, не на бумагах.

Хочу напиться с ней, росы

Хрустально – чистой и холодной.

Чтоб жизни прожитой часы,

Не возвращались тьмой бесплодной.

Чтоб от бокала той любви,

Бурлила кровь, несясь по венам.

Любовь пьянила до зари,

Неся к прекрасным переменам.

Хочу испить по каплям жизнь.

Хотя не хватит мне, бокала.

Учитывая виражи,

Жила я как – то, в полнакала.

Хочу испить нектар цветов.

Вобрав в себя природы силу.

Согревшись солнечным лучом,

Нырнуть в цветущую пучину.

Хочу напиться тишины,

Любви пьянящей, рос весенних.

Под звук волнующей струны,

Хочу пожить без потрясений.

Хочу испить по каплям жизнь.

Без виражей и поражений.

Чтоб в уголках моей души,

Не оставалось сожалений.

Соберу для тебя букет

Соберу для тебя букет.

На заре, из лучей полусонных.

А затем добавив рассвет,

Обвяжу синевою бездонной.

Пенье ветра в букет впущу.

Окроплю весь хрустальной росою.

Поутру тебя навещу —

Душам праздник с любовью устрою.

Нет, к тебе пока, не пойду.

Не закончен букет для подарка.

Я добавлю трель поутру.

Звездной пыли в букет, для достатка.

Месяц в ночь купался в реке,

Серебром, рассыпаясь по глади.

Ива, плачущая в шажке,

Опустила зеленые пряди.

Это все добавлю в букет.

Не забыть бы, березовый шепот.

Чтоб ты был немного согрет.

Чтоб забыл, одиночества холод.

Собрала для тебя букет.

Все добавила. Чуть не забыла —

Васильков и  ромашек цвет.

Все, пожалуй, в него я вложила.

Влюбленная в жизнь

Пережила ты многое, на этом свете.

Испытывала твое сердце – жизнь не раз.

Судьба кружила твою душу по планете

И ранила ее порой, увы, без фраз.

Но, не смотря на боль, ты расправляла крылья.

Взлетая, разрушала сердцем, стены льда.

Осколками, поранив крылья, от бессилья

Вновь падала, порой казалось, в никуда.

Падение – мираж для глаз чужих и строгих.

Не всем было дано, все это видно, знать.

Об этом ведали лишь  души одиноких —

В такой же круговерти, им пришлось бывать.

Усильем воли, залечив на крыльях раны.