Отбор женихов для волчицы лунного князя

***

Выходить к обеду приходится в махровом халате Ариана. Рукава подвёрнуты пять раз, так что возле запястий болтаются огромные валики ткани. Полы практически касаются паркета.

Разморённая, чистая до скрипа кожи, опьянённая запахами мяса, спускаюсь по лестнице. Показывая огромную ванную комнату, Ариан велел потом идти в кухню, но не объяснил, где она. Ориентируюсь на аромат. Заодно изучаю двухэтажный особняк: слишком много тёмного. И почти везде дерево, камень. Настоящие шкуры медведей, оленей и овец на полах и мебели.

Вообще здесь очень стильно, много места, и в джакузи было здорово. Обстоятельства моей жизни таковы, что в подобном роскошном месте я оказаться не могла. Ну, разве только в отпуске в пятизвёздочном отеле, на который копила бы пару лет, а потом жалела потраченных на блажь денег (а уж если бы родные о таких пустых тратах узнали – пилили бы ещё лет десять).

Если убрать необходимость навсегда проститься с солнцем – я в сказке.

Разглядывая страницу Мишиной жены в Фейсбуке, я так хотела изменить жизнь, перекроить всё заново. Дожелалась. Представляю себя в обществе диковатых товарищей… а мясо они сырым едят? А нет ли среди них извращенцев, предпочитающих супружеский долг исполнять в звериной форме? Ужас… просто ужас. Меня передёргивает. Лучше бы лила слёзы по козлу, чем переезжала в Лунный мир.

Запустив пальцы под халат, касаюсь следов укусов: воспаление спало, корочки отвалились от жара и влажности, оставив после себя едва ощутимые шероховатости.

Оборотни – это реальность. Моя нынешняя реальность.

Тряхнув головой, иду дальше.

Кухня тоже поражает размерами.

Но ещё больше поражает Ариан в серых джинсах и нежно-голубой рубашке с закатанными рукавами. Развернувшись от посудного шкафа, он окидывает меня пристальным взглядом, смотрит в лицо. А глаза у меня, наверное, красные и припухшие от слёз… как неловко-то.

Из шкафа Ариан достаёт два бокала и ставит на длинный стол из чёрного стекла.

Немного вина мне сейчас не повредит.

Вздохнув, иду вперёд. Ариан будто колеблется, помочь мне со стулом или нет. Его ноздри трепещут. Похоже, он решает, что с него и так довольно любезности, остаётся на месте и вынимает из шкафа тарелки и вилки с ножами.

Усевшись на изящный стул, подтягиваю колени и обхватываю их руками.