Отбор женихов для волчицы лунного князя

Увы, они сидят рядом со мной, и каждое утро начинается не слишком приятно. Сразу приоткрываю окно. Пусть лучше дует в спину. Ещё лучше было бы запустить кондиционер, но Маша наслушалась о нём страшилок и на любую попытку включить «адскую машину убийства» ударяется в слёзы.

Едва оказавший за столом, включаю компьютер. Он отзывается тихим урчанием.

– Ухты! – Стоящая у окна Катерина буквально вжимается в стекло.

– Ого, – поддерживает её наливавшая чай Наталья.

– Что там? – подрывается Маша.

Разворачиваюсь, пытаясь понять, что так заинтересовало коллег.

Подозревая, что впечатлили их отнюдь не три чёрных тонированных Хаммера, встаю и наклоняюсь к стеклу. Перед зданием пять мужчин в чёрной коже и тёмных очках. Рядом с ними два белоснежных пса в сверкающих стразами широких ошейниках.

– Интересные клиенты. – Катерина завистливо вздыхает.

Пятёрка исчезает из виду. Представляю, как возмущается охранник намерением провести собак, но уверена – пропустить придётся. Клиентам с такими тачками в мелочах не отказывают.

И никто не посмотрит, что рабочий день не начался, обслужат по полной программе, ведь деньги решают всё.

Поворачиваюсь к компьютеру, картинка с розами на рабочем столе желает «Удачного дня!». Скайп выдаёт информацию о пяти сообщениях. Рабочий день начинается, надо только заварить кофе и…

В коридоре раздаётся тонкий визг. Что-то разбивается. Хлопают двери. Маша хватается за живот и пятится в угол.

В раскрытую дверь суются две белые морды, тянут носы.

Жёлтые глаза следят за мной. Животные вальяжно заходят в кабинет. Теперь пятятся и Наталья с Катериной, а я отталкиваюсь от стола, и кресло катится к окну, щёлкает о подоконник.

Следом за животными в офис шагает высоченный мужчина в кожаной одежде.

ГЛАВА 2

– С-собак уберите, – бормочет из угла Маша и всхлипывает.

– Это волки. – Мужчина направляется к моему столу.

– Здесь не место животным, – поднимаюсь я. Внутри всё напряжено. Звериный запах тревожит, пугает, но и бодрит.

 – Они могут подождать на улице.

Мужчина снимает солнечные очки, и я застываю с приоткрытым ртом: радужка его глаз такая ярко-жёлтая, что должна навести на мысли о контактных линзах… если бы не ночные видения, если бы не слишком быстро зажившие раны на моей руке, если бы не два выпавших из памяти дня и уверения соседки, что в моей квартире кричали.

Он улыбается, обнажая белоснежные зубы со слишком длинными клыками.