Код равновесия. Техногород

– И улица перекрыта, как будто назло!

– Ну, так давай смотреть с крыши. Ветер стих.

– Мне завтра на курсы, – напомнила Тёзка. – Снова лабораторная, а в прошлый раз…

– Ой! – вскрикнула Ундина, показывая пальцем наверх.

Высоко над их головами взлетела оранжевая сигнальная ракета. Подруги бросились вперёд, но, как назло, к наружным лифтам тянулись очереди. Значит, им придётся добираться на крышу пешком.

– Запрещено находиться в зоне тренировки! – подлетел к ним дрон.

– Отвяжись, – махнула рукой Ундина, – В зоне тренировки дежурят патрульные.

Где ты видишь корпоративный патруль, а?

– Да у него сбой, – съязвила Тёзка, – Верно, ржавый?

– Вы ответите по закону! – бессильно угрожал дрон.

Тёзка скорчила ему рожу и первая забежала в подъезд. Тронуть дроны – собственность Котлища – не смел ни один горожанин, но все любили ругаться с этими машинками. Сейчас же звонко разбилось большое стекло в магазине через дорогу, и подруги помчались по лестницам.

Дроны стайками бестолковых птиц метались над улицами, а грохот и ругань звучали совсем близко.

– Быстрее! – торопила в нетерпении Ундина.

Будто из тихой фабричной швеи в аккуратной рабочей форме она превратилась в преступницу – агрессивную крими.

– Вот придём, а всё закончилось, – нервно хихикнула Тёзка.

Наконец, они вышли на крышу и смешались с возбуждённой толпой. Воздух тут был свежее, чем внизу, а голубое весеннее небо казалось ещё выше. Храбрая Тёзка пробивалась вперёд, к ограждению, а Ундина держалась за ней.

Сверху хорошо различались два отряда наблюдателей. Наблюдатели, они же «Руки Системы», были защитниками Котлища, вечным страхом местных жителей и гибелью для крими. Одна группа, в красных жилетах, забаррикадировала улицу, а другая – в синих – захватывала эти баррикады. Тренировочная битва уже подошла к трущобам, их жители озабоченно сворачивали навесы и выносили из-под них свой нехитрый скарб. Зеваки облепили окрестные улицы, они толкались у заграждений, им то и дело грозили патрульные.

Вдруг зоркая Ундина схватила подругу за руку и указала на край площади: сам Паук, глава наблюдателей, смотрел на схватку двух образцовых отрядов. Шея его была такой короткой, что, казалось, круглая голова Паука сразу переходила в туловище. К его Крепости тянулось множество ниточек, по которым, кроме официальных каналов, он узнавал о жизни города: тайной и явной.