Города и моря

Счастливчики,

получившие от капитана добро на увольнение, весело в нем размещались. Курс

держали к ближайшему поселку.

На берегу из достопримечательностей – магазин и местные красавицы.

Завпрода интересовало исключительно первое. Он покупал две бутылки порт-

вейна, возвращался к катеру, усаживался возле трапа и быстро, без закуски,

выпивал все. Потом засыпал.

Под вечер, насладившись береговой жизнью, команда возвращалась. Последним

приходил старпом. Быстро поднимался на катер, стараясь не замечать

пьяных физиономий.

– Все на борту? – спрашивал.

– Все, – виновато отвечали мариманы.

– Грузите завпрода, и поехали.

Во время одной из таких экскурсий мой друг Аркаша решил посетить

библиотеку. Студенту-практиканту необходимо быть в курсе мировых новостей.

Зачитался свежей прессой и опоздал к отходу. Старпом ждал его сколько мог

и даже больше.

В Охотском море очень сильные приливы и отливы. Море отступает мгновенно.

Старпом задержался дольше положенного, и катер сел на мель.

или, как говорят моряки, «встал на киль». Всю ночь старпом вместе с командой

следил, чтобы плавсредство не перевернулось. Ставили подпорки по пояс в

воде. Утром, с приливом, вернулись к причалу. На пирсе идиллически сидел

Аркадий и читал газету.

Старпом, грязный и небритый, выбрался из катера. Твердо ступая, подошел

к моему другу. Аркаша заинтересованно приподнялся.

– Чтоб ты обосрался, мудак хренов, – тихо произнес капитан третьего

ранга.

***

Жена купила к ужину кролика.

мех на одной из лапок – желая показать, что это на самом деле крольчатина,

а не бывшая «мурка». У нас гостил четырехлетний племянник. Жена показала

ему тушку.

– Савочка, что это?

– Кися была, – грустно ответил мальчик.

Владивосток, 1978 год

Владивостокские карманники очень любили автобусный маршрут номер

один. Было за что. Маршрут проходил от морского вокзала до маяка,

на середине пути находился знаменитый магазин «Альбатрос».

дефицита это торговое заведение было вполне официальным дистрибьютором

множества знаменитых зарубежных фирм. Там продавалась икра, виски, джин-

сы, радиоаппаратура, ковры – настоящие, фирменные, без подделки.

Купить можно было все – все, что могло представить небогатое воображение

советского человека. Но был один нюанс – продавалось это великолепие

за чеки, или боны, как их тогда называли.