Коса и камень

Нетипичная история типичного совка. Кто его знает, что на самом деле нам нужно в нашем гардеробе, господа!

Самовар и Апокалипсис

«Я три года отмотал за пластинку Jethro Tull!». Это всего лишь текст частушки времен агонии USSR. Аллегория и аллитерация, конечно. Но лично я реально за это три года отмотал. О чем ничуть и не жалею.

Недавно в гости молодежь понаехала. Соответственно – выпивка с закуской да разговоры с баней. Ну, и в ходе разговоров возникла любопытная тема «Как вы в прежние времена развлекались? За самоваром сидели и водку пили?».

Оригинальный угольный самовар из прошлого века – это не просто очередной замшелый раритет. Это возможность хотя бы временно отключиться от цивилизации и оглядеться вокруг. Устроить некоторую переоценку ценностей, что ли… Сейчас, во времена симулякров и прочих заменителей с заимствованиями и фальсификациями это дорого стоит. Особенно в державе, где свирепствует всего лишь одна дилемма: встать в дерьмо или стать дерьмом. Иного не дано. А вот самовар свободу дает.

Свободу от эрзаца. Ту самую пресловутую возможность выбора. Глоток свободы как глоток доброго самогона. Самовар, конечно, это очень милое дело. Очень душевная вещь, но душевна она именно сегодня. Завтра, конечно, будет еще более душевней, потому что сейчас такое не делают. Но зачем же все так утрировать?

И я начал слегка рассказывать про старые добрые времена выживавшего из заидеологизированного ума социализма. Не про тот бред, что жрали пломбир тоннами и докторские батоны вареной колбасы непрерывно пинали, а немного этакой мрачновеселой реальности.

Сущий соцреализм, мягко говоря. В частности, про то, какую музыку слушали и как. Как слушали – по нынешним временам это уже само по себе невероятное приключение.

Попутно по ходу своих застольных россказней понял, что практически цитирую страницы своего романа «Артинский ярус». Роман, конечно, постапокалипсический, но какой добрый русский человек не любит апокалипсиса, который удалось пережить?

Чтоб лишний раз в словоблудие не упираться, и здесь эти страницы процитирую: «Если брать за точку отчета в то время как бы новинки, с треском и скрипом звучащие по средам в 21—30 по «Голосу Америки», (а это, помнится, была, к примеру, «Black Dog» от «Led Zeppelin») то лет мне должно было быть тогда 11—12, как-то так.

Эта песенка тогда активно крутилась, я по утрам, бредши в школу, я, бывало, напевал «хей, хей, мама…». Немного постарше стал, влился в компанию ценителей зарубежной музыки.