Окно на тихую улицу

А второе то, что за это время ты познакомишься с людьми.

– С людьми я уже познакомился.

– Сережа, ты знакомишься не с теми людьми. Я понял, о ком ты говоришь. Те, кого ты кормишь в исполкомах и на базах, это вовсе не люди, это механизмы. Причем старые и испорченные. Они тебя будут знать, пока ты их будешь кормить. Потом они тебя не увидят, даже если ты треснешь на их глазах. А те, кто тебе нужен, сейчас сидят не в кабинетах. Они здесь, между нами. А кое-кто еще и в тюрьме. Я не исключаю даже, что сейчас судьба твоего кафе решается в какой-нибудь зоне.

– Боря, Боря, тебя понесло! Я тоже понял, о чем ты говоришь. Все это я знаю, и крыша у меня есть. И платить я никому не собираюсь!

– Хорошо, что ты все знаешь. А я вот еще ничего не знаю. Потому что еще не было драки за территорию. Но драка эта обязательно будет. Точнее сказать, война! Скоро каждый займется своим делом. Боец будет воевать, вор воровать, разбойник грабить, мудрец мудрить, судья судить, а раб работать. Твоя крыша еще десять раз поменяется.

И с каждым разом ты будешь отстегивать больше и больше. Потому что цены будут расти, дорожать будет все. Все, кроме твоей шкуры!

– Боря, я же сказал, что не собираюсь никому отстегивать.

– Тогда тебе надо иметь не кафе, а чемодан с сапожной щеткой и ваксой.

Корбута это обидело. В себя он верил свято и всегда возмущался, когда кто-то не верил в него. Трудно сказать, чем бы завершился этот спор, если бы не его удивительная выдержка.

– Боренька, я тебе повторяю, мелкие замашки не для меня.

Если бы я был таким, за кого ты меня принимаешь, я бы сейчас вместе с тобой оформлял отъезд.

– Оформлять отъезд гораздо сложней, чем ты себе это представляешь. Но не в этом дело. Что касается меня, то я рожден не для борьбы, не для того, чтобы сдохнуть по глупости. Я это признаю. И в этом нет ничего постыдного. Меня мама родила для того, чтобы я жил мирно и по возможности хорошо. И в этом нет ничего преступного. Преступного гораздо больше в том, чтобы драться.

– Я тоже, знаешь ли, как-то не собираюсь драться.

– Сережа, во-первых, здесь тебя об этом и спрашивать не будут. А во-вторых, ты посмотри на себя в зеркало! У тебя драка отпечатана на лице. Ты же боец!

Корбут полыценно улыбнулся. Боря продолжал:

– Я до сих пор не пойму, как это тебе в голову пришло что-то строить, если ты рожден для того, чтобы ломать! Но я даже не об этом хочу тебе сказать, Сережа. Я хочу тебе сказать, что одной уверенности мало.