Окно на тихую улицу

Это будет элитный ресторан, богемный! Я создам островок! Понимаешь, это будет островок, где будут отдыхать деловые люди. Отдыхать и наслаждаться искусством! И без всякого быдла! Понимаешь? Меня уже тошнит от хамства и быдлости. Я сам вырос среди этого быдла. И теперь хочу этому быдлу противопоставить свой островок! Правда же, здорово?

Говорил Корбут. И, как всякий наивный человек, говорил горячо. При этом он широко размахивал дымящей сигаретой и больше глядел не в лицо собеседнику, а дальше, куда-то в сторону, туда, где скучали девицы.

Самые удачные свои мысли он любил повторять с особым выражением, закатывая глаза вверх, будто на самих небесах искал подтверждение сказанному.

Соболев слушал молча. Непонимающе смотрел в лицо Корбута и тихо кивал, то ли в знак согласия с говорящим, то ли из сочувствия к нему. Казалось, он только и был занят тем, что рассматривал это лицо.

Смотреть на Корбута было и в самом деле приятно. Всегда свежая укладка жестких черных волос с лаковым отливом, обязательная выбритость с запахом какого-нибудь «Тайфуна» и заглядывающие в тебя маслянистые глаза с прищуром.

И все это в безупречном дорогом костюме с обалденным галстуком и в черном распахнутом плаще. Головокружительный мужчина 27 лет. Очень приятный человек! Не случайно, видимо, Соболев все смотрел и смотрел на него.

Сам же он рядом с ним выглядел весьма и весьма серенько. Прическу его трудно было назвать прической – просто голова. Молчаливые, затуманенные усталостью глаза, продолжающие куда-то смотреть и смотреть.

Губы, упорно сжатые и не желающие открыться ни для слова доброго, ни для улыбки. Еще потертые джинсы, старая куртка и обычная рубашка. И все.

Что могло быть общего между этими людьми? На первый взгляд ничего. Хотя на самом деле они друг другу были нужны. Да, да, все мы кому-то нужны. И нам кто-то нужен. Хотим мы этого или нет.

Соболев, в прошлом незаметный журналист, изгнанный из газеты за безделье, зарабатывал на жизнь строительством дачных каминов.

Две недели назад он принял предложение Корбута отделать театральный ресторан. Корбут гарантировал в месяц 700 рублей. «Хотя гарантировать можно только смерть, все остальное зависит от обстоятельств!» – сам же при этом откровенно и пошутил. Очень, кстати, удачно.

Объект находился в центре, в подвале драматического театра, старейшего архитектурного сооружения города.