Окно на тихую улицу

На ходу Вова пересчитал деньги и принялся запихивать их в тот карман, где лежала материнская тетрадь. Она ему мешала. И он с раздражением швырнул ее на землю.

* * *

С этой женщиной мы никогда уже не встретимся, мой дорогой читатель. В психбольнице обходиться с ней будут не лучше, чем только что обошлись. И она протянет недолго. Сейчас ее нет. Нет тихого больного человечка, ушедшего из жизни, к общему равнодушию и даже чьей-то радости. Ее никто уже и не вспомнит, кроме меня. А я совершенно случайно прочел эту тетрадь.

И прочел ее почему-то внимательно.

Молекулы смерти

(рассказ для газеты, чтобы узнали все люди)

Меня зовут Захарова Светлана Ивановна. Мой адрес: ул. Нестерова д. 95

Мне 52 года. 25 лет я отработала в магазине и с меня сделали инвалида труда. Но врачи инвалидности не дают. А мне надо жить чем-то. Бандаж с протезного завода не за что купить.

Вот выписки о моих болезнях.

1. Операция.

Больная обследована. Из этого установлено, что бокалы почки и мочевых путей деформировались, контур почки неровный, бугристый, при ходьбе смещается против часовой стрелки.

Продолжает болеть. Ношение бандажа обязательно. Без бандажа вставать не рекомендуется.

2. Операция.

Выявлена трещина анального канала 2,5 ? 1 см, кот. у основания имеет увеличение до 1,5 см. Хроническая трещина канала, гипертрофированный анальный сосочек. Иссечена трещина операцией. Продолжает болеть.

(Я об этом уже писала в газету, но они перехватили мои письма.

Трещина образовалась потому что в магазине нас заставляли таскать тяжести. И еще несколько лет подряд грузчики меня насиловали в задний проход, хотя я соглашалась только спереди.)

3. Операция.

Аппендицит со спайками хроническими. Продолжает болеть.

4. Терапия.

После перенесенных операций стала отмечать одышку. Везикулярное дыхание с бронхиальной астмой, тоны сердца приглушены, печень, селезенка не пальпируются.

(А должны пальпироваться)

Все люди, которые читали мои выписки, удивляются и не верят мне, что группу мне не дают.

А после того, как я стала жаловаться, мне дали диагноз шизофрения. А зачем мне этот диагноз, если мне нужна инвалидность, чтобы купить бандаж с протезного завода.

Прошу поднять архивы, где я обо всем этом писала.

Я автор многих рацпредложений, которые печатались в газетах под чужими именами. Многие медицинские достижения, чтобы лечить людей, были украдены из моих писем.