Поэтический нарцисс

А они поползут! Скользкие и блестящие от красной большой луны,

Многие-многие – множество бусин янтарных и золотых,

И в каждой такой окажутся жутко, жестоко погребены

Два силуэта, изломанных и кривых.

Два силуэта на посиделке с вином.

Заходи, раз рассказываешь, как вожделенно ждал.

Может, иной раз встречу с нескучным графиком гор, глядящим в окно –

И уже совсем-совсем без дождя.

Цвет-пион, или о первой любви

Сидишь, для себя незаметно, а всё-таки чуть покраснев.

Рассказываешь про «до бессонниц» – о всяком таком;

Непрошибаемый снег

За вытянутым окном.

Спрашиваешь, помню ли я.

С трудом на задворках памяти уместишь

Вселенскую глупость! Но, знаешь, сегодняшняя ярь,

Как та, сегодняшняя тишь,

Как та. Тёплый, спокойный вздох.

И каждая клеточка тела пьяна;

Помню. Тот маленький погребок

Первого чувств видения от вина.

Синее небо, радужек глаз в тон,

Плод коллективных мук, плод коллективных скук.

Под «Незнакомку» Блока спрятанный цвет-пион –

Мысль, потерянная на скаку.

Беззаботность

Какой огонь во мне способен мрак разжечь!

Когда иду по улице немой я,

Когда играет ветер скрипачом на чёрной хвое

И скалы у морей стоят настороже.

Смотрю на небо я, смотрю на неба рай

И замираю с мыслью тревожной.

Мне, разумеется, взрослеть пора.

И невозможно. Я не могу!

Любовь внутри неся,

Гуляя с беззаботностью по рани,

Хочу

Пора…

Пора…

Поранить…

ся.

Остроконечным расставаньем.

Мёртвый огарок

Мёртвый огарок. Сколько любви в этой графике!

Глазами гуляю от строф к статье.

Долго Вы, друг, на севере Африки

Будете перешивать Cartier?

Чёрствый Вы, чёрствый Вы, вашу матерь,

Вам тонкострунные стоны – бред,

Вы – стопроцентный предприниматель!

А я – поэт.

Встану и, будней ломая склеп,

Там, где по разуму плачет ворон,

Буду в бриллиантах льда на стекле

Ваш силуэт искать чёрный

Снова.

Буду! И пусть станет зарёй распят

В письмах ненужных прошедший вечер.

Разве не слышно, мой признаётся взгляд –

Мраком обманут, огнём засвечен! –

В том, что куда б Вас ни забросил Бог,

Жертвой ни стали б какой заразы,

Я Вас всегда пущу на порог

И разделю Ваш худший соблазн.

Склеп

Бог на небе задул свечу.

Я смеюсь и до слёз молчу.

Скучно!

В городском пропадаю склепе,

Только розы вдыхаю всласть…

Как змея на посох Асклепия,

Тьма на белый храм забралась.