Поэтический нарцисс

Гибель Рима, Помпеи, Столетние войны,

И я правда считаю, вы счастья достойны!

Так пойдите, возьмите его, не таясь.

Вы действительно самый спокойный из всех.

Ни талантов, ни мечт, ни серьёзных пороков,

Вы могли бы, наверно, примкнуть к пророкам

И, я думаю, даже имели б успех.

Но сложилось иначе. Вы просто делец,

И теперь, когда нас эта ночь разлучает,

Я вам только скажу, что хороших концов не бывает,

Нашей страсти конец – это честный конец.

Двое в комнате

«Не сказать, чтоб пуд соли с тобой

Я не съела совсем.

Для меня ведь с таким, как ты, соединиться –

Это уже был полный сомнений бой.

У меня не прозрачна душа,

О которой ты столько сказал, упрекая!

Среди любящих всех – я действительно очень плохая,

А вот жизнь среди всех у меня хороша.

Нет привычки ужаснее лжи,

Но я в силах и ложь довести до искусства.

Невозможно на похоти выстроить чувство –

Докажи ещё раз, если так.

Душевный человек

Больно смотреть. Опустошён, разрушен.

Странный ты, слушай!

Разве тебе уже не плевали в душу?

Любой не дурак давно б эту душу бросил

В зелёную тень покоса,

С улыбкой кивал на болезненные вопросы.

А ты её тащишь и тащишь, как на буксире,

Считаешь за первое благо в мире.

Мне кажется, ты счастливый по-своему лирик.

Ты либо романтик, отчаянный умник либо,

По Данте достойный Лимба.

Ты свет не нашёл, но чувства в тебе глыба.

Ты в истину веришь, ты думаешь, правда найдётся,

Тогда тосковать не придётся,

Тогда всё, что было в любви, оживёт и вернётся.

Сегодня под вечер ты снова убит, ты разрушен.

Молчанием лечишь капризную душу,

Она тебе шепчет: «Со мной никому не лучше!»

Но ты ей не веришь, ты чувствовать хочешь,

Не только когда к тебе кто-то приходит ночью,

Не только когда выпит виски и грустно очень.

Понятие любви

Любовь.

Любовь извращена буквально зверски.

Её швырнули в грязь – святыню всех времён –

И для неё купили занавески.

Мы любим деньги, марки сигарет,

Мы любим тех, с кем спим, и тех, кто сводит.

Любовь нам мстит – а нам и дела нет,

Что мстит она лишь тем, что не приходит.

Мы не прожили даже день, любя,

Но научились расставаться гордо.

Мы перестали уважать себя,

Пустые клятвы произносим твёрдо.