Поэтический нарцисс

Депривация духовных ценностей. (Брату.) Я изучаю театральную программу, может, сходим на что-нибудь?

Анатолий (продолжает фотографировать себя). Когда? На что?

Полина. На Горького. В воскресенье будут ставить его знаменитую пьесу «На дне». (В сторону.) Может, в театре я познакомлюсь с каким-нибудь богачом. У меня готова умная фраза про депривацию.

Анатолий. А почему бы нет? (В сторону). «На дне» – это история! (Смотрит на Полину, Полина надевает нелепую юбку.) Ты красотка!

Полина. Спасибо!

Анатолий. Куда идёшь?

Полина.

На свидание! У меня новый мальчик. (Натягивает чулки.) Сначала я буду встречаться с ним, гулять, целовать его в губы, а потом я брошу его, как и других, потому что я сердцеедка.

Анатолий. А я бы не пошёл с тобой на свидание. Мне нравится другой тип, посмотри! (Показывает фото.) Вот фиолетовые волосы – это я понимаю, это красиво и высоко.

Полина. Ерунда. (Поправляет маечку.)

В комнату заходит Силя, бросает на стол кипу листов (листы падают) и хватается за голову.

Силя (кричит). Дикари! Дикари!!!

Анатолий. Началось.

Полина. Что с тобой?

Силя. Что со мной? Что с этой страной! Дикари, дикарство, и!.. Просится ещё одно слово, но я не могу сказать его. Оно неприличное. Вот, посмотрите, газета «Почва». (Показывает.) Два месяца назад я принёс туда свои талантливые стихотворения. (Садится и плачет.) Господи! Я принёс свои стихотворения в «Почву». (Вытирает лицо белоснежным платком.)

Анатолий. И что потом?

Силя. Мне сказали, что их рассмотрят и, возможно, опубликуют в одном из ближайших выпусков.

Я покупал эту проклятую «Почву» два месяца – и ничего!

Анатолий. Но они же сказали «возможно».

Силя. Восемьдесят четыре рубля на ветер! А когда я снова пришёл в редакцию за объяснениями, мне сказали, что «Почве» не нужна «предельная эстетика». (Истерично смеётся.) Я думал, они таких слов не знают! Но бог с ними. После этого я захотел узнать, а что же нужно «Почве»? Я открыл их поэтическую рубрику и прочитал (читает): «Весна, крестьянин, торжествуя…» Это что?

Анатолий.

Это Лермонтов?

Силя. Ты хотел сказать, Пушкин?

Анатолий. Ну да, Пушкин!

Силя. Да, но у Александра Сергеевича была «зима». А это что? Как это назвать? (Делает элегантный вдох-выдох.) Вы знаете, откуда эта драма?

Анатолий. Нет.

Силя. Первое – идея всеобщего равенства, второе – демократизм в образовании. Причины две! Я написал по этому поводу очень талантливую статью.

Полина (красит губы красной помадой).