Сага о солистах Большого театра

Пусть самый скромный: мол, писатель такой- то, написал… то -то и то- то… Но никакого отклика не было! Тишина! Ошеломительная! Какое- то время я сомневался, а существую я на этом свете? Если бы не бутылка вина, я перестал бы в это верить… Неделю я существовал двойственно: тело мое сидело за компьютером, а душа и разум нежились в тепле, ошеломительной, обжигающей рекламы, исчезнувшей также внезапно, как она и появилась… Скоро я понял, что меня надо оттуда вырвать… Получилось… С большим трудом… Я поверил, что я жив и существую в этом мире… Но мир этот- мертв… Для меня… Спасло только то, что в одном американском журнале опубликовали мой рассказ… За день его прочитали 136 человек… На следующий день пришло сообщение, что в журнале германского города Гельзенкирхен, опубликовали еще один рассказ… Я быстро просмотрел журнал… Он был очень красив, красочен, и печатал хорошую литературу… Потом я прочитал про этот, неизвестный мне, город Гельзенкирхен… Оказывается – он один из самых бедных городов Германии… В нем музыкальный театр на тысячу мест, и стадион на 70 тысяч… Одну треть города занимают обширные парки и сады… Есть зоопарк… Старинные замки… Выставки… Есть ярмарка, но, говорят, очень бедная… А недавно в городе открыли памятник Ленину… Когда его открывали, вокруг памятника собралась группа молодежи с такими хорошими улыбками на лицах, что у меня на сердце стало тепло…

Пётр Трофимов.

Я, Пётр Аркадьевич Трофимов… Старик… Драматург… Мне 76 лет… Я открываю очередную бутылку вина! Пью! И продолжаю! Моя жена и дочь живут в Израиле… Они там открыли танцевальную школу… Они обе балерины… Тоненькие- тоненькие! А я, старый, рыхлый толстяк! Старая жаба, мужского пола.