Любовь длиною в жизнь

– Мужчина! Мужчина! Вы не Иван случайно? – задала вопрос писклявым голосом женщина с глупым выражением лица.

– Иван, но не случайно, – ответил Иван, оторвав глаза от газеты, но не поднимая своего зада с лавки и глядя на приезжую с подготовленным заранее подозрением.

– Тут где-то старик Саид живёт. Саид Алиев. Вы его не знаете? Где его найти? Где он живёт? Не знаете?

– Зачем он вам? Вы кто ему?

– Дети. Я невестка, а это сын Саида.

– И что вы хотите?

– Что значит «что хотим»? Мы приехали в гости к нему! Здесь он живёт?

– Что-то вас раньше не видно было, случилось что?

– Что вы нас допрашиваете?! Ничего не случилось! Здесь он живёт?

– Жил.

– Что? Опять переехал? Куда? Не знаете, где его найти?

– На кладбище. Умер он.

– Как «умер»?

– А как умирают люди? Обыкновенно. Лёг и умер. Неделю как похоронили всей деревней. Замечательный был старик. А что вы на похороны-то не приехали?

– Этого не может быть!.. А дом кто продал?

– Он продал. Продал, потом умер.

– А кто нам дом вернёт?

– Это не ко мне…

– Мама! Мама! Какая сволочь! Идиот! Выбросил на улицу! – заголосила женщина, обращаясь к мужу. – Тебя! Твоих детей! Меня! И это твой отец! Что ты молчишь? Где мы жить будем?

– Сами виноваты. Ты виновата.

– Почему это я виновата?

– А кто устраивал скандалы? Кто милицию вызывал? Не ты?

– Дурак! И ты дурак, и твой отец-сволочь!.. Не верю, – истерически выкрикивала она, а потом, обращаясь к Ивану, требовательно спросила: – Где кладбище? Где его могила? Покажите мне могилу.

– Вон, на горке. Найдёте. Кладбище небольшое.

– А его дом в деревне? Что с ним? Тоже продал?

– Дом? Ах, дом! Так вам могилу показать или дом? Могила там, на горе, а дома нет! Продали дом. Я продал этот дом. По доверенности. А деньги перечислил в детский дом.

– В детский дом? Какой детский дом?! Какая сволочь! Дурак старый! Маразматик! У него внуки, а он в детский дом!..

– Не реви. Поехали на кладбище. Цветы купим.

– Никаких цветов! Зачем мёртвому цветы? Ты бы лучше мне купил цветы! Хоть раз в жизни.

Странная пара пошла в сторону кладбища, на ходу награждая друг друга определениями, применяемыми людьми обычно в состоянии сильного возбуждения или обиды. У этой же парочки, как можно догадаться, было и то и другое.

Стоило только странной паре отойти от забора, как аборигены прибежали к Ивану с вопросом, но вместе ответа Иван сам спросил всех:

– Никто не раскололся?

– Никто! – ответили аборигены.