Последний классик. Роман в стихах. Том первый

В нём нет тревожного молчанья,

Покоя, чистой тишины.

Он полон запаха и дыма

Заводов, фабрик, мастерских.

Их, нудный гул, неутомимо

Плывёт вдоль улиц городских,

Вползая в окна даже ночью.

Привыкли люди все к нему.

Но что, поздней, он, напророчит

Тот гул, герою моему?

10

Но для Ивана город чужд.

В него он только что въезжает.

На улице немало луж —

Они зеркально отражают

Дома, коляски и людей

Гуляющих по тротуару.

Как жаль, что вечереет день.

Закат алеет уж, пожаром.

Но улиц сумраки густы,

Хотя дома все различимы.

Друг к другу те дома близки,

И нет прохода между ними.

Одни из них, так высоки,

Что с головы картуз сорвётся.

Поднимешь голову – в виски,

Кровь неожиданно прильётся.

Молчал Иван, въезжая в город,

Словно, задумавшись о том,

Что, может быть, себе на горе,

Покинул он, любимый дом.

11

И было так судьбе угодно —

У мещанина стал он жить.

И никакой тебе свободы.

Тяжёл его унылый быт.

И скромен завтрак и обедом

Обильным, не накормят здесь.

Всё в меру. Может и не бедно.

Но дома, мог всегда он, есть.

А здесь, по времени всё было,

В назначенные всем часы.

Мещане тихо, скромно жили,

Жизнь, складывая на весы.

Ни как отец его – он мог бы

Всех изобильем удивить.

А здесь весьма ценили бога,

Всегда стараясь в храм ходить.

Степенно, мирно, тихо жили

Мещане, к подвигам не рвясь.

Не знаю, как они любили,

Но в них отсутствовала страсть.

12

Их жизнь и чувствовал, и видел

Иван, поскольку с ними жил.

Но, он, мещан не ненавидел,

Хотя, пока и не любил.

Был слишком юн, не понимая,

Что в этой жизни все равны.

Он возвышал себя, считая

Дворян, опорой всей страны.

Ведь их достоинство от бога.

И щит, и меч им богом дан.

Сын дворянина, разве мог, он,

Вдруг опуститься до мещан.

И герб его великолепный,

Достойный прошлой славы, был.

Но, вслух не говоря об этом,

Иван, довольно скромно жил.

А чем кичиться, всё беднеет

Его дворянский, древний род.

Да, был когда-то он виднее.

Ну, а сейчас, наоборот.

13

Не все, но многие дворяне

Так обеднели, что теперь

Перешагнув величья грани,

Встать не сумели от потерь.

Всё то, что приносило радость,

Как будто кануло на дно.

От прошлой роскоши осталось

Воспоминание одно.

Сиянье прошлых дней исчезло.

Их мир священный увядал.

Хотя живут, ещё, над бездной.

Хотя не каждый в бездну пал.